19/10/2026
0Мировой спрос на пиломатериалы из хвойных пород к 2030 годуможет увеличиться на 22 миллиона м³. Канада теряет производственные мощности, запасы срубленной и высушенной древесины в Центральной Европе истощаются, и южные штаты США становятся главными победителями.
Для тех, кто спешит:
– Мировое потребление пиломатериалов из хвойных пород может достичь около 335 миллионов м³ в 2030 году, что означает дополнительное предложение к 2030тгоду в размере около 22 миллионов м³.
– Британская Колумбия сократила производство примерно вдвое по сравнению с 2017 годом, а объемы ели, пострадавшей от засухи и короедов в Центральной Европе, подходят к концу.
– Южные штаты США с 2022 года превзошли Канаду по производственным мощностям и привлекают наибольшее количество новых инвестиций.
– Главный риск для Европы заключается в том, что лесопильные заводы, закрытые во время рецессии, не будут перезапущены, и следующий всплеск спроса будет покрыт за счет импорта.
Европейская лесопромышленная отрасль переживает один из самых сложных периодов за последнее десятилетие. Однако самая большая угроза для лесопильных заводов может возникнуть только после восстановления рынка. Согласно отчету «Пиломатериалы из хвойных пород – тарифы, турбулентность и новые торговые потоки», подготовленному компаниями O’Kelly Acumen и Global Wood Trends, мировой спрос на пиломатериалы из хвойных пород будет расти примерно на 1,2% в год в период с 2025 по 2030 год. В то же время ряд традиционных регионов-производителей теряют доступ к древесине, необходимой им для покрытия этого спроса.
На протяжении большей части 2026 года европейские лесопильные заводы испытывали трудности из-за низкой строительной активности, высоких цен на сырье и сокращения прибыли. Многие сократили количество смен и отложили инвестиции, а некоторые закрылись. В этих обстоятельствах разговоры о будущей нехватке древесины могут показаться надуманными, пока есть свободные мощности и производители в первую очередь стремятся к увеличению заказов.
Основная проблема заключается в том, что спрос и предложение меняются с разной скоростью. Строительство может восстановиться за несколько лет. На восстановление деревьев, уничтоженных насекомыми, засухой или пожарами, уходят десятилетия.
Небольшое повышение, но его трудно покрыть.
Прогноз не предполагает нового бума на рынке недвижимости. Скорее будет наблюдаться постепенное восстановление экономики и строительства. Ожидается, что на долю США, Европы и Китая придется около 70% прироста спроса. Даже такие умеренные темпы трудно поддерживать. Данные FAOSTAT показывают, что мировое производство древесины росло в среднем всего на 0,6% в год в период с 2000 по 2024 год.
Авторы анализа отмечают, что существующие лесопильные заводы в принципе могли бы производить больше древесины. Реальным ограничением является наличие подходящей древесины. Дополнительное производство требует инвестиций в лесозаготовку, транспортировку, оборудование и рабочую силу, а лесные ресурсы невозможно расширить за несколько лет.
Канада переживает структурный упадок
Британская Колумбия — наиболее наглядный пример сокращения производственных мощностей. Нашествие соснового жука-короеда, пожары и многолетняя интенсивная вырубка лесов привели к тому, что лесопильные заводы располагают меньшими и более дорогими ресурсами. Производство в провинции сократилось примерно вдвое с 2017 года. За последнее десятилетие закрылось более 30 лесопильных заводов, и спад продолжился в 2025–2026 годах.
Тарифы США, совокупный размер которых после последних изменений приближается к 35%, усугубили ситуацию, но не объясняют ее полностью. Даже без торговых барьеров многие канадские заводы столкнулись бы с более высокими затратами на поставки и сокращением доступа к экономически целесообразным лесам. Чтобы компенсировать это, крупные канадские производители перевели значительную часть своих инвестиций на юг США.
Юг США – новый центр тяжести
Южные штаты США стали ведущим направлением для инвестиций в новые лесопильные заводы в Северной Америке. В регионе расположены обширные сосновые леса, находящиеся в коммерческой эксплуатации, в основном в частной собственности. На лесозаготовки приходится лишь около 65% годового прироста, поэтому объем древесины на фут продолжает расти. По состоянию на 2022 год производственная мощность по выпуску пиломатериалов из хвойных пород на юге США превзойдет аналогичные показатели Канады.
Расширение также имеет свои ограничения. Собственность фрагментирована, поставки зависят от решений владельцев о заготовке древесины, а также наблюдается нехватка персонала для лесозаготовок и транспортировки. Однако, согласно анализу, к 2030 году регион сможет покрыть значительную часть дополнительного спроса. Для европейских производителей, работающих с дорогостоящей древесиной и имеющих низкую рентабельность, конкуренция со стороны новых лесопильных заводов, финансируемых за счет растущих запасов ресурсов, становится стратегическим вопросом.
Программа «бонусов» на центральноевропейскую ель подходит к концу.
В последние годы лесопильные заводы в Германии, Чехии и соседних странах получили выгоду от необычайно больших объемов ели, заготовленной в результате санитарной и восстановительной вырубки после засух и нашествия короедов. Согласно оценкам, приведенным в отчете, ежегодный объем заготовки древесины в Центральной Европе увеличился с примерно 158 миллионов м³ в период 2010–2017 годов до примерно 183 миллионов м³ в 2018–2021 годах. Разница, составляющая около 25 миллионов м³ в год, поддержала производство и экспорт, хотя и повлекла за собой значительные потери для владельцев лесов.
Запасы древесины сейчас сокращаются. Восстановленные насаждения не будут давать товарную древесину в течение десятилетий. Изменение климата ограничивает ареал распространения ели, особенно на низких высотах, и землевладельцам рекомендуется диверсифицировать лесной состав. Диверсификация повышает устойчивость лесов в долгосрочной перспективе, но создает нагрузку на лесопильные заводы, построенные для ели. Разные виды требуют разных условий, сортировки и применения, а стандарты для строительной древесины не всегда допускают прямую замену одного вида другим.
Больше леса не означает больше бревен.
В докладе «Состояние лесов Европы к 2025 году», опубликованном организацией FOREST EUROPE в марте 2026 года, показано, что площадь лесов Европы достигла примерно 232 миллионов гектаров, что примерно на 11% больше, чем в 1990 году. Объем древесины на одно дерево увеличился примерно на 45% за тот же период, а объемы вырубки составляют около 81% от годового чистого прироста.
Эти цифры не показывают, сколько древесины фактически доступно для лесопромышленности. Часть запасов состоит из лиственных деревьев, молодых насаждений, охраняемых лесов или труднодоступных районов. Вид, качество, размер и доступность имеют большее значение, чем общий объем. К этому добавляются факторы, связанные с политикой в области биоразнообразия, учета выбросов углерода и восстановления природы. В Финляндии и Швеции дискуссия о поглотителях углерода уже влияет на будущие объемы лесозаготовок.
Согласно рыночным анализам, европейское предложение древесины хвойных пород может увеличиться на 15–20 миллионов м³ к 2030 году по сравнению с уровнем 2023 года. Рост будет сосредоточен на севере и востоке континента, в то время как в Центральной Европе может наблюдаться снижение. Для стран Восточной Европы, включая Румынию, это перераспределение может стать возможностью, при условии сохранения конкурентоспособности переработки.
Скандинавские страны сильны, но используют дорогостоящее сырье.
Финляндия и Швеция остаются крупными игроками, обладая значительными запасами ели и сосны, хорошо развитой инфраструктурой и опытом в производстве строительных материалов. По мере сокращения поставок из Центральной Европы их роль может возрасти. Однако увеличение объемов заготовки не гарантировано. Цена на пиломатериалы выросла даже на фоне слабого спроса на древесину, и у производителей практически не было возможности переложить издержки на потребителей. Эффективность современных лесопильных заводов не может бесконечно компенсировать рост цен на сырье, которое дорожает быстрее, чем готовая продукция.
Ограниченные альтернативы: Россия и Южное полушарие
Россия обладает одними из крупнейших в мире запасов хвойной древесины, но большая её часть находится далеко от заводов, морских путей и портов. Санкции, ограничения на финансирование и собственная экспортная политика страны делают российскую древесину нереалистичным вариантом для европейских покупателей.
Новая Зеландия, Чили и Бразилия являются признанными экспортерами, но плантации имеют длительные инвестиционные циклы, и большая часть недавних инвестиций в Южной Америке и Азии была направлена на лиственные породы, особенно эвкалипт. Кроме того, сосна лучистая, южная желтая сосна, северная ель и канадская сосна SPF не взаимозаменяемы в строительстве из-за различий в классах прочности, обработке и стандартах.
Реальный риск: потеря производственных мощностей в условиях рецессии.
В Китае потребление снижается с 2017 года из-за кризиса на рынке недвижимости, и постепенное восстановление может начаться после 2027 года. В долгосрочной перспективе спрос может сильнее расти в Индии, Вьетнаме, на Ближнем Востоке и в Северной Африке, рынках, в значительной степени зависящих от импорта.
Для Европы главная опасность заключается в том, что лесопильные заводы закроются до того, как восстановится строительный рынок. Закрытия часто преподносятся как временные, но для возобновления работы необходимы люди, финансирование, клиенты и надежные поставки. Как только оборудование будет продано, а цепочки поставок нарушены, возобновление работы станет нерентабельным. Последствия распространяются и на последующие отрасли: меньше древесины означает меньше древесной щепы, опилок и других побочных продуктов для целлюлозы, панелей и энергии.
Увеличение спроса на 22 миллиона м³ не гарантирует повышения цен или прибыльности всей отрасли. Неиспользованные мощности, медленное восстановление или инвестиции в богатые ресурсами регионы могут привести к переизбытку предложения в некоторых сегментах. Однако общая тенденция очевидна: Британская Колумбия теряет доступную древесину, Центральная Европа переживает рекордные урожаи, страны Северной Европы платят больше за сырье, а южные штаты США имеют наибольший потенциал роста.
Европа сохраняет важные преимущества: качество продукции, специализация и близость к рынкам. Но они имеют значение только в том случае, если лесопильные заводы имеют доступ к нужной древесине по ценам, позволяющим им конкурировать на международном уровне. Анализ больше не ограничивается вопросом о том, сколько хвойной древесины будет потреблять мир в 2030 году. Вопрос в том, где древесина все еще может производиться на конкурентоспособных условиях и какая часть европейской лесопромышленности сохранится для ее поставок.
