24/10/2026
0Леса Португалии занимают около 3,3 миллиона гектаров, что составляет примерно 38 % от общей территории страны; если к этому добавить системы смешанного агролесоводства, общая площадь достигает даже 47 % территории страны. Общий запас древесины в лесных насаждениях составляет ~188 миллионов кубических метров. Среднегодовой объем заготовки, или добычи древесины, составляет ~11,5 миллионов кубических метров в год. Этот объём в основном обеспечивается двумя основными породами — эвкалиптом для производства целлюлозы и древесиной приморской сосны для пиломатериалов. Помимо древесины, очень известным и важным продуктом является португальская пробка, добыча которой достигает примерно 100 000 тонн в год, стабильно обеспечивая половину объема мирового рынка.
Первая республика
Развитие лесного хозяйства Португалии в течение последнего столетия определялось резкими изменениями политического режима и волнами индустриализации, которые можно разделить на четыре этапа.
После свержения короля в 1910 году вновь созданная Первая португальская республика продолжила планы по восстановлению лесов, начатые в конце XIX века. В этот период государство начало более активно определять «лесные периметры» — территории в горных районах страны и на прибрежных дюнах, которые передавались под надзор государственной лесной службы с целью предотвращения эрозии и смещения дюн. Хроническая политическая нестабильность и нехватка финансовых средств не позволяли развернуть масштабные работы по лесопосадкам.
С укреплением авторитарного режима («Эстадо Ново») и приходом к власти Антонио де Салазара управление лесным хозяйством подверглось агрессивной централизации. Поворотным моментом стал Лесной план 1938 года, реализация которого достигла кульминации в 50-е и 60-е годы XX века.
Государство массово экспроприировало или принудительно изымало общинные земли в горных районах на севере и в центре Португалии, чтобы засадить сотни тысяч гектаров монокультурой приморской сосны (Pinus pinaster). Этот процесс вызвал значительную социальную напряжённость, поскольку у местных жителей были отняты традиционные пастбища. В середине XX века началось целенаправленное расширение плантаций эвкалипта в ответ на спрос со стороны местной целлюлозной промышленности. Государство поощряло посадку быстрорастущих деревьев, что заложило основу для современной промышленности, но в то же время необратимо изменило структуру ландшафта.
После «Гвоздичной революции» 1974 года модель управления лесами рухнула. Новое демократическое правительство в 1976 году приняло закон, который передал исторические леса и землю в собственность и управление местным общинам. Поскольку государство утратило контроль над значительной частью территорий, леса оказались в крайне фрагментированном частном секторе.
Массовое переселение населения из глубинки в прибрежные города привело к заброшенности сельскохозяйственных земель и лесов. Традиционные виды деятельности — расчистка подлеска, сбор дров и выпас скота в лесах — сошли на нет, в результате чего в лесах накопилось огромное количество сухой биомассы. В последней четверти XX века при финансовой поддержке программы Всемирного банка частные владельцы вырубили обыкновенные сосны и заменили их эвкалиптами, которые приносили более быструю прибыль.
Кризис лесных пожаров и реформы
С начала нового тысячелетия управление лесами в Португалии находится в состоянии постоянного кризиса, вызванного катастрофическими лесными пожарами. Трагические пожары 2003 года и, в особенности, 2017 года вынудили государство полностью пересмотреть свою политику.
Сегодня приоритеты управления сместились с максимальной заготовки древесины на пожарную безопасность и диверсификацию ландшафта. Государство создало Институт охраны природы и лесов (ICNF), ввело обязательное требование по расчистке подлеска вокруг населённых пунктов и законодательно ограничило создание новых насаждений эвкалипта. Основной упор делается на сотрудничество мелких землевладельцев, то есть на систему ZIF, и привлечение средств фондов Европейского союза для восстановления более огнестойких и биологически разнообразных местных дубовых лесов.
«Три столпа» португальской лесной отрасли
Лесная промышленность и производство в лесной отрасли Португалии опираются на три основных столпа, из которых наиболее известным на международном уровне является пробковая промышленность. Португалия является безусловным мировым лидером в этой нише, обеспечивая примерно половину всего мирового производства пробки. Регулярное и бережное снятие коры пробкового дуба позволяет получать материал с высокой добавленной стоимостью, который экспортируется по всему миру — в основном в виде пробок для винных бутылок, предметов дизайна, а также экологичных строительных изоляционных материалов.
Второй огромный и экономически влиятельный сектор — это целлюлозно-бумажная промышленность, в которой доминируют промышленные гиганты международного масштаба, такие как Altri и The Navigator Company, которые не только перерабатывают древесину, но и в больших объемах управляют быстрорастущими плантациями эвкалипта. Целлюлоза, полученная из древесины эвкалипта, используется для производства высококачественной офисной бумаги, упаковки и товаров гигиены, что делает этот сектор одной из главных движущих сил экспорта страны.
Третье направление составляют традиционное производство пиломатериалов и древесная энергетика, в которых в основном используется древесина приморской сосны. Этот сектор снабжает местный и региональный рынок пиломатериалами для строительства, производства мебели и изготовления деревянных поддонов для транспортной отрасли. В последние годы стремительно развивается использование лесной биомассы — остатки лесозаготовок и малоценная древесина всё чаще направляются на производство гранул, а также на выработку «зелёной» электроэнергии и тепла на когенерационных станциях.
Феномен «Монтадо»
Чтобы полностью понять связь между лесной отраслью Португалии и охраной природы, важно подробно рассмотреть феномен насаждений пробкового дуба, или так называемого «Монтадо». «Монтадо» — это уникальная агролесохозяйственная пасторальная система, сформировавшаяся на протяжении веков и распространенная преимущественно в южных регионах страны, например, в Алентежу. Система объединяет три элемента — лесоводство, сельское хозяйство и выпас скота — создавая гармоничный мозаичный ландшафт. Пробковые дубы обеспечивают тень и сохраняют влажность почвы; под ними сеют зерновые культуры или выпасают домашний скот, например, чёрных свиней, питающихся дубовыми желудями, а сами деревья раз в девять лет дают ценную пробковую кору, не нанося вреда самому дереву.
С экологической точки зрения Монтадо является одной из самых богатых экосистем Средиземноморского региона, служащей местом обитания для бесчисленных видов, находящихся под угрозой исчезновения, в том числе иберийской рыси и королевского орла. Эти леса действуют как естественный барьер против опустынивания, которое из-за изменения климата представляет серьезную угрозу для юга Европы. Пробковые дубы обладают исключительной способностью поглощать углекислый газ и сохранять его даже после снятия коры, что делает эту экосистему критически важным элементом в достижении климатических целей Португалии. Поскольку пробковые дубы по своей природе более огнестойки, чем эвкалипты или сосны, эти насаждения также служат естественными противопожарными полосами в ландшафте.
Поддержание этой уникальной экосистемы требует строгого правового регулирования и профилактических мер, особенно с учётом огромных лесных пожаров, которые обрушиваются на страну каждое лето. Законодательство Португалии устанавливает, что пробковые и каменные дубы являются национальным достоянием, и их вырубка без разрешения государственных органов строго запрещена, даже если дерево находится в частной собственности. После разрушительных пожаров последних лет в стране введены гораздо более строгие профилактические меры. Землевладельцы обязаны по закону регулярно расчищать кустарник и подлесок в определённом радиусе вокруг жилых домов и дорог. Если владелец не выполнит это требование к установленному сроку весной, муниципалитет имеет право провести расчистку в принудительном порядке и выставить владельцу счет в двойном размере, а также наложить денежный штраф.
Регистрация ландшафтов, плантаций и земельных участков
В Португалии активно ведется работа по преобразованию ландшафта, в рамках которой законодательно ограничивается посадка новых плантаций эвкалиптов в регионах, где пожароопасность достигла критического уровня. Вместо этого государство с помощью новых программ поддержки Европейского союза финансово стимулирует и компенсирует владельцам переход к смешанным лесам, в которых монокультуры эвкалиптов заменяются местными насаждениями дубов, каштанов и сосен. Планирование мозаичного ландшафта в сочетании со строгой контролем подлеска и кооперативным управлением стало основной стратегией Португалии по сохранению лесной экономики и одновременно защите природы от угроз, вызванных климатическим кризисом.
Чтобы владельцы небольших лесных участков в Португалии могли успешно претендовать на финансирование в рамках этой программы, им сначала необходимо преодолеть самое большое историческое препятствие в стране — юридическую регистрацию земли. Заявитель должен быть зарегистрирован в официальной системе BUPi (Balcão Único do Prédio), которая представляет собой государственный цифровой кадастр для уточнения границ лесных участков. Учитывая фрагментированность собственности, приоритет и более высокие ставки поддержки предоставляются владельцам, объединившимся в уже упомянутые ZIF, или специальные зоны лесопользования, либо в лесные кооперативы. Объединение позволяет подавать заявки на более крупные площади и обеспечить единый план противопожарной защиты, что является обязательным условием для получения финансирования. Что касается выбора пород деревьев, программа явно ориентирована на внедрение «климатически ориентированного лесоводства» и устанавливает строгие экологические приоритеты.
Практически невозможно получить финансирование на посадку новых монокультур эвкалипта. Вместо этого государство и Европейский Союз в приоритетном порядке поддерживают и субсидируют три основные группы деревьев.
Во-первых, это местные дубы — пробковый дуб (Quercus suber) и каменный дуб (Quercus ilex). Их посадка стимулируется в наибольшей степени, поскольку эти деревья долговечны, превосходно приспособлены к засухе Средиземноморского региона и, благодаря толстой коре, способны выживать даже при пожарах средней интенсивности. Поддержка этих видов способствует восстановлению традиционных систем «Монтадо», которые обеспечивают как биологическое разнообразие, так и добычу пробки в будущем.
Во-вторых, большой упор делается на другие местные виды лиственных и хвойных деревьев, например, европейский каштан (Castanea sativa), виды средиземноморской акации и, в особенности, сосну пинью (Pinus pinea). Сосны пинья являются экономически очень привлекательными, поскольку дают кедровые орехи (семена сосны пинья), обеспечивая владельцу регулярный доход ещё до того, как дерево достигнет возраста вырубки, при этом они гораздо более огнестойкие, чем обычная приморская сосна.
В-третьих, в программе высоко ценится создание смешанных лесных насаждений и принцип мозаичного ландшафта. Даже если владелец восстанавливает коммерческие насаждения приморской сосны, определенный процент площади обязательно должен быть отведён под местные лиственные породы, которые служат естественными противопожарными буферными зонами. Такая видовая диверсификация является главным условием того, чтобы владельцы небольших участков не только получали деньги на лесопосадки, но и гарантировали ежегодные выплаты за уход за лесом в течение следующих 15–20 лет.
«Зеленая пустыня» — политические, социальные и экологические скандалы
В последние десятилетия лесная отрасль Португалии регулярно сталкивается с конфликтами, большинство из которых коренится в столкновении агрессивных коммерческих интересов с безопасностью общества, усугубляемом катастрофами, вызванными изменением климата.
Один из самых затяжных и острых конфликтов связан с неконтролируемым распространением плантаций эвкалипта, которые экологические активисты и местные сообщества называют «зеленой пустыней». Компании по производству целлюлозы и владельцы небольших земельных участков, стремясь к быстрой прибыли, на протяжении десятилетий заменяли местные дубовые насаждения эвкалиптами, которые потребляют большое количество воды, высушивают почву, уничтожают биологическое разнообразие — под ними ничего не растёт — и являются чрезвычайно пожароопасными из-за эфирных масел, содержащихся в их древесине.
Когда выяснилось, что целлюлозный лобби на протяжении многих лет успешно блокировал или смягчал законопроекты, направленные на ограничение посадки новых плантаций, терпение португальского общества иссякло. Хотя правительство официально запретило расширение площадей под эвкалипты, экологические организации регулярно сообщают о незаконных посадках, которые государственные органы не могут или не хотят контролировать.
Крупнейший и самый серьёзный скандал в новейшей истории Португалии разразился после лесных пожаров в июне и октябре 2017 года, в результате которых в общей сложности погибло более 110 человек. Эта трагедия превратилась в грандиозный политический и правовой скандал. В регионе Педрогау-Гранде десятки людей сгорели заживо в своих автомобилях на государственной автодороге EN236-1, которую спасательные службы не успели своевременно перекрыть. Дорогу с обеих сторон окружали густые, невырубленные заросли эвкалиптов, создавая буквальный «огненный туннель». В ходе расследования были выявлены катастрофические недостатки в государственной системе связи в чрезвычайных ситуациях SIRESP. В критический момент система дала сбой, и пожарные не смогли связаться друг с другом. Разразился скандал в связи с заключённым государством невыгодным с финансовой точки зрения договором с частной компанией на обслуживание этой системы, при котором игнорировались технические неисправности.
В результате трагедии ушла в отставку министр внутренних дел Португалии, против местных чиновников и операторов электросетей были возбуждены судебные дела по обвинению в халатности и бездействии при расчистке подлеска. Однако после разрушительных пожаров 2017 года португальский суд оправдал всех обвиняемых в халатности, обосновав своё решение чрезвычайными природными условиями и системной несостоятельностью государства. В свою очередь, экономическое влияние крупных предприятий по производству целлюлозы и бумаги на протяжении десятилетий позволяло им успешно лоббировать благоприятное регулирование и расширение плантаций эвкалипта.
Экономическая зависимость как политический рычаг
Лобби целлюлозно-бумажной промышленности в Португалии является одной из наиболее влиятельных в экономическом и политическом плане сил в стране. Его влияние напрямую определяет, как принимаются законы о лесном хозяйстве, куда направляются государственные и европейские средства и почему, несмотря на очень высокий риск пожаров, плантации эвкалипта по-прежнему занимают значительную часть территории страны. Механизмы лоббирования целлюлозной промышленности и их прямое влияние на политические решения проявляются на нескольких уровнях.
Главный аргумент лоббистов в переговорах с правительством — огромное значение отрасли для экономики страны. Гиганты отрасли, такие как The Navigator Company и Altri, совместно с отраслевой ассоциацией CELPA обеспечивают почти 5 % всего экспорта Португалии, что составляет около 3 миллиардов евро в год. Поскольку отрасль обеспечивает работой тысячи людей именно в самых бедных сельских регионах, предприятия используют это влияние, чтобы предупредить политиков: любые жесткие ограничения на использование эвкалипта приведут к потере рабочих мест, закрытию заводов и падению экспортных доходов, что напрямую отразится на рейтингах правительства.
Исторически целлюлозный лобби смог добиться выгодного для себя правового регулирования или же обеспечить неэффективность новых ограничений. Ярким примером является реформа Лесного кодекса 2013 года, когда под давлением лобби были значительно либерализованы правила посадки эвкалиптов на небольших площадях, что привело к неконтролируемому распространению плантаций. Когда после трагедий 2017 года правительство под давлением общественности наконец приняло закон, запрещающий увеличивать общую площадь эвкалиптовых насаждений в стране, лобби добилось правовых исключений. Предприятиям было разрешено проводить «перегруппировку лесов», то есть они могут ликвидировать менее продуктивные насаждения в одном месте, чтобы на их месте на законных основаниях создать гораздо более плотные и интенсивные коммерческие плантации в другом месте, сохраняя неизменной общую площадь «на бумаге», но увеличивая воздействие эвкалиптов на окружающую среду.
Экологические организации регулярно бьют тревогу, поскольку целлюлозному лобби удаётся направлять государственное финансирование на достижение своих целей по получению прибыли. Даже в программах, предназначенных для восстановления лесов и предотвращения пожаров, положения формулируются таким образом, что большая часть средств направляется на содержание быстрорастущих монокультур и связанной с ними инфраструктуры, а не на восстановление естественных лесов. Лобби также успешно добилось выделения государственных субсидий на сжигание лесной биомассы на когенерационных станциях целлюлозных заводов. Компании представляют это как «зелёную энергию» и помощь в расчистке подлеска, однако экоактивисты и критики отмечают, что это создаёт финансовый стимул для сжигания больших объемов древесины, усиливая интенсивное лесопользование.
Является ли эвкалипт причиной пожаров?
Промышленность вкладывает огромные средства в свои исследовательские центры и совместные проекты с университетами, чтобы сформировать благоприятное мнение среди политиков и общественности. Лобби активно распространяет нарратив о том, что эвкалипт не является причиной пожаров, а, напротив, является решением проблемы: корпоративно управляемые и тщательно ухоженные эвкалиптовые леса горят реже, чем заброшенные частные владения. Этот аргумент используется для того, чтобы убедить правительство передать управление заброшенными сельскими территориями промышленным производителям. Когда независимые экспертные комиссии после пожаров публикуют выводы о необходимости радикально сократить долю эвкалиптов, целлюлозные предприятия финансируют масштабные кампании в СМИ и публичные манифесты, оспаривая эти исследования и называя их «идеологическими нападками» без научного обоснования. Таким образом, лобби целлюлозной промышленности добивается того, что политическая элита Португалии вынуждена балансировать между требованиями общества о безопасности и страхом потерять одну из важнейших экономических опор страны, в результате чего государственные реформы зачастую носят компромиссный характер.
«Бизнес на пожарах»
Тушение лесных пожаров в Португалии превратилось в значительный бизнес, вокруг которого регулярно разгораются коррупционные скандалы, которые местные СМИ называют «бизнесом на пожарах» — negócio du fogo. Неоднократно возбуждались уголовные дела против должностных лиц Министерства внутренних дел и Управления гражданской защиты по подозрению в правонарушениях и взяточничестве при закупках пожарных вертолётов и самолётов. Выявились случаи, когда миллионы евро были выплачены за технику, которая по техническим причинам не могла подняться в воздух. В отличие от других стран, Португалия в значительной степени полагается на добровольных пожарных и их организации. Возникли конфликты по поводу распределения государственного финансирования — ассоциации обвиняли в растрате средств, а те, в свою очередь, обвиняли правительство в хронической нехватке инвентаря и защитной экипировки.
Хаос с правами собственности
В настоящее время самый острый конфликт разгорается между государством и мелкими лесовладельцами в связи с обязательной расчисткой подлеска. Чтобы предотвратить новые пожары, правительство установило суровые денежные штрафы и предоставило муниципалитетам право принудительно расчищать частные леса, если владелец не сделает этого до весны.
Это вызвало огромное недовольство в сельских регионах. Многие участки леса принадлежат пожилым пенсионерам или наследникам бывших владельцев, которые проживают за границей и даже не знают точных границ своей собственности из-за отсутствия кадастра. Владельцы утверждают, что затраты на расчистку подлеска зачастую превышают стоимость земельного участка, обвиняя государство в неспособности наладить систему, прежде чем прибегать к репрессиям и штрафам.
Сертификация лесов в Португалии – ситуация и особенности
Сертификация в Португалии имеет решающее значение для того, чтобы страна могла экспортировать лесную продукцию – бумагу, целлюлозу и пробку – на европейские и мировые рынки. Однако уникальная и крайне фрагментированная структура прав собственности на леса в Португалии создает специфические сложности при внедрении этих стандартов. В Португалии сертифицирована относительно небольшая часть общей площади лесов, однако в последние годы этот показатель стремительно растёт благодаря давлению со стороны целлюлозной промышленности и введению новых стандартов.
FSC занимает более значительное место в Португалии. Около 24 % общей площади лесов страны сертифицированы по стандарту FSC. Сертификация FSC охватывает более полумиллиона гектаров, и в стране действует сильное национальное представительство — FSC Portugal. В свою очередь, PEFC исторически охватывает меньшую площадь — около 10 % лесов страны. В основе сертификации PEFC лежит португальский национальный стандарт NP 4406, основанный на панъевропейских критериях устойчивого лесопользования.
Поскольку Португалия является крупным центром переработки, в стране зарегистрированы сотни сертификатов цепочек поставок FSC и PEFC для предприятий, занимающихся переработкой и продажей изделий из древесины и пробки.
Наибольшим противоречием в сертификации лесов Португалии является разрыв между крупными корпоративными игроками и сотнями тысяч мелких частных владельцев. Большую часть сертифицированных площадей — более 80 % — фактически контролируют крупные целлюлозно-бумажные предприятия, располагающие достаточными финансовыми и административными ресурсами для соблюдения строгих международных критериев. Поскольку средний размер лесного участка на севере и в центре Португалии составляет менее одного-двух гектаров, индивидуальная сертификация для мелких владельцев лесов экономически нецелесообразна из-за слишком высоких затрат и бюрократических барьеров. Для решения этой проблемы как FSC, так и PEFC в последние годы активно развивают модели групповой сертификации, которые позволяют объединениям мелких лесов подавать заявки на сертификацию совместно, разделяя расходы и совместно управляя мерами пожарной безопасности.
В Португалии лесная сертификация — это не просто маркетинговый инструмент: она служит альтернативным механизмом охраны природы в стране, где доля государственных лесов крайне незначительна — менее 2 %. Около 20 % площадей, сертифицированных по стандарту FSC в Португалии, определены как заповедные или охраняемые территории, причём часть из них не имеет иного статуса правовой защиты со стороны государства. Сертификация обязывает владельца бережно относиться к этим местам. Стандарты сертификации требуют строгого контроля за подлеском, создания охранных зон и мониторинга водных ресурсов. На сертифицированных участках профилактика лесных пожаров осуществляется на гораздо более высоком уровне, чем в несертифицированных и заброшенных лесах. Недавно в Португалии был введён пересмотренный стандарт FSC, который значительно упрощает получение сертификации для недревесных продуктов, таких как пробка и сосновая смола. Это помогает обеспечить более высокие доходы для традиционных систем лесопользования «Монтадо» и мотивирует владельцев не высаживать плантации эвкалипта.
Источники: информационные сайты Португалии и Европейского союза
