30/03/2015
0С опозданием публикую статью к юбилею Министра лесног хозяйства Белоруссии, которого хорошо знали лесники всего Союза. Тогда лесные руководидели работали долго (25 лет -Министром), не знали "схем" и по-нынешним меркам жили очень скромно. М.П.
В итоге человек достигает своих жизненных вершин сам, но каждый знает, насколько легче и увереннее идти вверх с надежным единомышленником и помощником. А если их связывает и любовь, то сил и желания, необходимых для плодотворной деятельности, у такого человека намного больше. Подобных примеров в истории немало и один из них — жизненный путь бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко, 95-летие со дня рождения которого его близкие, друзья и последователи отметили 10 марта.
10 марта отмечалось 95летие со дня рождения бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко. фото
Известно немало ярких моментов воинской и трудовой биографии известного белорусского лесовода, но, наверное, не все знают, что в течение большей половины жизни его во всем поддерживала и опекала супруга Зинаида Михайловна — тоже специалист лесной отрасли.
Как вспоминает их старшая дочь Людмила Сергеевна, мать иногда в шутку упрекала отца, что он своим стремительным служебным ростом прервал ее профессиональную карьеру. А вначале именно она занимала более высокие должности в лесном хозяйстве. И не случайно. Ведь после одновременного окончания в 1942 году Гомельского лесотехнического института, эвакуированного в Свердловск, она сразу же приступила к исполнению должности лесничего в уральской тайге.
— Время военное, поэтому маму вооружили винтовкой, выделили лошадь с санями, и на нее сразу свалились нелегкие заботы руководителя лесного предприятия в тяжелейшее для страны время, — рассказывает Людмила Сергеевна. — А лейтенант Сергей Моисеенко после недолгого обучения в артиллерийском училище отправился добровольцем на фронт.
10 марта отмечалось 95летие со дня рождения бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко. фото
Наверное, он не водил в атаку бойцов, но у него была одна из самых опасных воинских профессий. Он корректировал стрельбу артиллерии, располагавшейся на далеких закрытых позициях, для чего самому приходилось находиться на передовой, в непосредственной близости от врага. Иначе не определишь, куда ложатся снаряды, — подведешь пехоту, для которой не будет пробита брешь в обороне противника. Именно с этой целью наблюдатели нередко вызывали огонь на себя. Именно их пытались отыскать и уничтожить враги, защищаясь таким образом от губительных для них залпов гаубиц.
В тот день тяжелых боев эти орудия едва не накрыли огнем своих при упорном штурме безымянной высоты под украинским Ковелем. Бойцы раньше ожидаемого срока ворвались в окопы фашистов. С ними был и лейтенант Моисеенко, который, рискуя попасть под суд, нарушил положенные правила переговоров, но убедил вышестоящего командира, что фашисты уже выбиты с занимаемых ими позиций. Намеченный очередной артиллерийский обстрел высоты был отменен.
За те бои на украинской земле он получил незадолго перед этим учрежденный орден Богдана Хмельницкого. Можно представить его чувства, когда через много лет он побывал на месте былых боев и узнал, что местные жители зовут памятную небольшую высотку Моисеенковой. До конца жизни его любимой песней оставалась та, в которой пелось о яростных атаках «у незнакомого поселка, на безымянной высоте».
10 марта отмечалось 95летие со дня рождения бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко. фото
На войне каждый бой может стать последним. Однажды он чудом остался жив, когда лежал посреди огромного голого поля и единственной его защитой от вражеских пуль с самолета была шинель. В другой раз от смерти его спасла рация, в которую попал осколок снаряда, все же нанесший и ему тяжелое ранение.
После этого были другие ожесточенные бои за окончательное уничтожение фашизма в Европе, и не менее орденов лейтенанту Моисеенко всегда были дороги медали «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина».
К сожалению, дочери о тяготах военных лет он рассказывал редко. Зато вместе с матерью и однокурсниками они часто вспоминали студенческую жизнь. И так всегда смеялись, будто не было голодных дней, тяжелой работы, нехватки самого необходимого. Заканчивая институт в военные годы, они днем работали, а вечером учились. В то время он, будучи комсоргом курса и тоже сильно рискуя, тайком снял в красном уголке занавеску, из которой его будущая жена и ее подруга пошили себе платья. Как было не выручить однокурсниц: слишком уж обносились они, оказавшись вдали от родного дома в военное время.
После демобилизации ему, как боевому офицеру, предложили ответственную должность в аппарате республиканского лесного управления. Не имея опыта практической работы, он отказался от лестного предложения и возглавил Краснобродское лесничество Бобруйского лесхоза. При этом оказался в подчинении у супруги, которая работала в Бобруйском областном управлении лесного хозяйства. Такое «неравное» положение продолжалось недолго. Вскоре примеченного ранее специалиста, имевшего уже опыт работы не только с военнослужащими, назначили директором лесхоза. Работать приходилось так много, что однажды жена заметила, как он, уже засыпая после напряженного дня, пытается на комнатном цветке показать, как правильно обращаться с лесными саженцами.
10 марта отмечалось 95летие со дня рождения бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко. фото
Уверенно прошел все ступеньки руководящей работы Сергей Тимофеевич, прежде чем ему в 1960 году предложили самую высокую должность в лесном хозяйстве республики. Он исполнял ее в течение 25 лет, и за это время под его руководством лесоводы добились значительных успехов. О них в первую очередь красноречиво говорят заложенные тогда лесные культуры, которые нынче медленно, но верно зреют на радость и благо потомкам.
Он вошел в когорту высших руководителей республики, при которых она была одной из самых динамично развивающихся в бывшем Советском Союзе. Всегда теплым словом вспоминал он многих своих соратников высокого ранга. Особенно часто встречался и решал важные вопросы с председателем Совета Министров Тихоном Яковлевичем Киселевым. Импонировал ему и стиль общения Петра Мироновича Машерова с людьми, который обладал всеми качествами, необходимыми руководителю. «Интеллигентный, порядочный, внимательный. Никогда не повышал голоса, но, когда нужно, скажет так, что проймет до глубины души». По отзывам современников, и сам Сергей Тимофеевич отличался такими качествами.
В то время неоднократно пытались объединить в одно ведомство лесоводов и лесопромышленников по примеру других республик. Сергей Тимофеевич был категорически против этого, а чтобы к его мнению прислушались более внимательно, на беседу в правительство привозил «тяжелую артиллерию» в виде академических корифеев лесного дела Ивана Даниловича Юркевича, Виктора Степановича Гельтмана, Николая Дмитриевича Нестеровича. Его практические эмоционально насыщенные доводы ученые подтверждали научными «холодными» выводами, преподнесенными спокойно и убедительно. Оборону от малокомпетентных прожектеров и других сторонников реформ они выдерживали достойно — решение было принято в пользу специалистовлесоводов.
После переезда в Минск Зинаида Михайловна не рассталась с лесным делом — стала преподавать в технологическом институте. Попрежнему близки были ей проблемы, решаемые специалистами лесной отрасли. Дочь вспоминает:
— Она не могла устоять, чтобы, как принято нынче говорить, не использовать возможности административного ресурса. Иногда просила мужа повлиять через родителей на тех нерадивых студентов, которые собирались продолжать отцовское дело, но к ученью относились с прохладцей. И всегда через некоторое время убеждалась в исключительной действенности такого неофициального педагогического приема.
Наверное, не меньшее значение имела почти материнская забота Зинаиды Михайловны о студентах, которых она даже домашними пирогами угощала на праздники и вместе с ними пела под гитару.
10 марта отмечалось 95летие со дня рождения бывшего министра лесного хозяйства БССР Сергея Тимофеевича Моисеенко. фото Понимая огромную роль лесохозяйственного факультета в деле подготовки кадров для отрасли, министр каждый год старался быть председателем государственной экзаменационной комиссии. Ему лично хотелось удостовериться в профессиональном уровне специалистов, которые идут на смену старшему поколению. Сам он всегда учился на «отлично», хотя времени на занятия не хватало. В школьные годы с седьмого класса он уже подрабатывал — заменял учителей в младших классах. Блестяще защитил дипломную работу, написанную под руководством известного ленинградского лесовода Михаила Елевферьевича Ткаченко. Преподаватели не только давали знания, но и разделяли со студентами все тяготы жизни в эвакуации. Молодых ребят отсылали на рынок обменять на продукты что-нибудь из профессорских вещей, а потом все вместе съедали скудную добавку к еще более скудному пайку.
И все же о том времени супруги всегда вспоминали со смехом, будто и не было трудностей. Они, как истинные оптимисты, всегда смотрели с надеждой в будущее, а не жаловались на прошлое.
Уже занимая высокое положение, Сергей Тимофеевич попрежнему с юмором относился к жизни. Не отставала и супруга. Однажды жены, его и друзей, дополнили их охотничье снаряжение свитком, в котором в стихотворной шутливой форме предостерегали своих муженьков от побочных увлечений на охоте. У костра охотники во главе с министром под общий хохот долго сочиняли ответное послание и записывали его на обратной стороне свитка. И сами понимали, что со стороны они очень напоминали запорожских казаков, пишущих письмо турецкому султану.
До конца жизни супруги относились друг к другу с любовью и уважением. Такой тандем двух близких людей, преданных одному общему делу позволил одному из них стать заслуженным лесоводом БССР, внесшим огромный вклад в развитие лесного дела республики. Ктото может подумать, что заслуги другого участника скромнее, но сам Сергей Тимофеевич считал по-другому. Об этом свидетельствуют и многочисленные факты долгой совместной жизни этих двух замечательных людей.
