Человек с деньгами

Жером Ваше, постоянный представитель МВФ в Украине, называет условия, при которых страна получит всю обещанную его фондом сумму сполна

17 марта на счета Нацбанка поступил первый транш кредита МВФ в размере $5 млрд. Рассчитанную на четыре года программу расширенного кредитования Украины фонд одобрил 11 марта. И вплоть до дня официального оглашения решения МВФ близкие к фонду источники не были уверены в том, что кредиторы выделят деньги Украине — ведь она находится в состоянии войны. Впрочем, позитивное решение по этому вопросу совпало со вторым раундом минских переговоров о перемирии в Донбассе.

С “кухни" принятия такого важного для страны решения началась беседа НВ с постоянным председателем МВФ в Украине Жеромом Ваше.

— Близкие к переговорам источники утверждали, что вплоть до 11 марта уверенности в том, что МВФ утвердит пакет помощи Украине, не было. Что мешало?

— Несколько недель мы работали параллельно по двум направлениям. Когда мы выяснили, что Украина нуждается в дополнительном финансировании, главным образом из-за влияния на экономику последствий конфликта, мы начали работать с партнерами Украины, чтобы понять, в какой мере эти потребности могут быть удовлетворены. Одновременно обсуждали с украинскими властями программу реформ. И то и другое требовало времени.

— Было ли условием предоставления кредита заключение перемирия в Минске? Результаты переговоров и решение МВФ были обна¬родованы почти одновременно.

— Минские соглашения не являются частью программы МВФ. Это просто стечение обстоятельств. На самом деле мы были готовы объявить и объявили о достижении соглашения до новостей из Минска
Конечно, программа составлялась с расчетом на то, что эскалации конфликта не произойдет. Мы старались учесть риски. Делать экономические прогнозы в условиях конфликта непросто. Слишком высока неопределенность. Мы были вынуждены исходить из предположения о том, что конфликт не будет набирать обороты.

— Если ситуация в Донбассе ухудшится, это повлияет на программу?

— Мы будем смотреть на способность и желание украинских властей проводить реформы, важны количественные показатели и достигнутые цели. Конфликт на востоке не является частью системы оценки.

— Насколько критична ситуация в стране, по оценке МВФ?

— Ситуация сложная. По итогам года страну снова ждет рецессия. Согласно прогнозам, падение ВВП составит 5,5%, инфляция — около 27%. Конечно, будет тяжело.

В то же время происходит корректировка экономики, и это нельзя игнорировать. В 2013-м дефицит счета текущих операций составлял более 9%. В 2014-м он сократился вполовину. А в этом году мы ожидаем дефицит на уровне 1,5% ВВП.

Мы ожидаем, что восстановление экономики начнется уже к концу 2015 года, а в 2016-м постепенно возобновится рост на уровне около 2%. Во многом двигателем этого роста станут инвестиции. Украинская экономика обладает большим потенциалом. Здесь отличный человеческий капитал, и ситуация сейчас очень благоприятная для того, чтобы развивать экспортный потенциал. Если реформы будут проведены надлежащим образом, в первую очередь в бизнес-среде, мы быстро увидим прогресс.

— Вы общаетесь с представителями как украинского, так и иностранного бизнеса в Украине. Они удовлетворены темпами перемен?

— Это всего лишь мое впечатление, но мне кажется, что они видят совсем другой уровень диалога с чиновниками, гораздо большую открытость и приверженность идеям реформ. Они хотели бы наблюдать больше позитивных изменений, например в таможенной сфере (поэтому одно из условий программы МВФ — это реформа фискальной службы).

— Вы видите политическую волю к переменам у руководства Украины?

— Я работаю в Украине с мая 2013-го и вижу изменения, желание изменить ситуацию. Действительно, для этого критически важна политическая воля, и она есть. Хотя из-за конфликта и дефицита доверия к власти темпы реформ несколько замедлены.

Эти вызовы должны стимулировать чиновников демонстрировать, что они не просто меняют законы — они должны дать почувствовать разницу обычным людям. Чтобы бороться с коррупцией, совсем необязательно дожидаться создания Антикоррупционного бюро и принимать специальные законы. Важно показать людям: что-то меняется в их жизни. Поэтому, например, важна реформа полиции, ее пилотный проект в Киеве — люди сразу это увидят.

— Когда в Вашингтоне видят, как украинские генпрокуроры один за другим спускают на тормозах дела против коррупционеров прошлой власти,— это не вызывает вопросов?

— Да, мы хотим видеть серьезные сдвиги в сфере борьбы с коррупцией. Это не только создание Антикоррупционного бюро. Правительство также пообещало поменять систему борьбы с отмыванием денег, более тщательно контролировать активы политиков. Все это должно быть реализовано в ближайшие месяцы.
Будет запущена программа возврата в страну украденных активов. Это небыстрый процесс.
Во многих странах это заняло время. Мы убеждаем Киев заручиться помощью Всемирного банка, у которого для этого есть специальная программа. Коррупция глубоко укоренилась в украинском обществе. Это общая проблема, и с ней нужно что-то делать.

— В ближайшие месяцы миссия МВФ приедет в Киев оценить прогресс и принять решение о выделении второго транша. Какие индикаторы будут сигналом о прогрессе?

— Мы будем смотреть на ряд количественных критериев в фискальном, денежно-кредитном, энергетическом секторах. На то, в какой мере украинское правительство выполнит взятые обязательства.
Мы ожидаем, что в энергетическом секторе парламент примет законы, которые позволят Нафтогазу Украины взимать с его должников долги — речь идет о задолженности в размере около 2% ВВП. Невозможно проводить реформы без платежной дисциплины.
Не позже чем до конца апреля парламент должен принять новый закон о рынке газа. В области фискальной политики запланированы реформы в сфере налогового администрирования. Мы рассчитываем увидеть конкретные планы реформирования госпредприятий. Ожидаем, что до конца апреля заработает Антикоррупционное бюро.

— Является ли одним из условий выделения второго транша реструктуризация внешнего долга Украины?

– Это не контрольный показатель, но мы будем учитывать этот момент при пересмотре.

— Сколько лет должно пройти, прежде чем у иностранных инвесторов вновь появится интерес к Украине?

– Конкурентная привлекательность Украины уже выросла. Сейчас тень на нее бросает конфликт на востоке. Но если смотреть на уровень зарплат в долларовом эквиваленте, упавший из-за обесценения нацвалюты, Украина сейчас выглядит очень привлекательным рынком. В бизнес-среде идут реформы. Начинается приватизация. У вас отличный человеческий капитал, есть целый ряд перспективных секторов экономики, включая IT и сельское хозяйство. Я весьма позитивно оцениваю инвестпотенциал Украины.

— А сколько лет понадобится Украине, чтобы догнать страны Восточной Европы?

— Нескольких лет реформ. Не вижу причин, почему Украина не сможет сделать этого. Конечно, нужно время и политическая воля. Но я вижу, что вы можете.

Елена Трибушная