28/01/2015
0На востоке Украины российские "катюши" ежедневно убивают… Но россияне Алексей (Ярошенко), Николай (Шматков), Елена (Куликова), Анатолий (Курицын) ..Марина…Валерий Павлович… Влада… Александр……….. остаются для меня родными по духу людьми… Это предательство? Интенсификация лесопользования в середине прошлого века (плакат 1948 года)… М.П.
16 января 2015 года в Минприроды России состоялось совещание, посвященное вопросам интенсификации чего-то лесного (пока точно неизвестно, чего именно). В сообщениях Минприроды и Рослесхоза говорится то об интенсификации лесопользования, то об интенсификации лесного хозяйства. Российские лесные вести приводят слова руководителя Рослесхоза И.В.Валентика о том, что "природоохранные организации, такие как Гринпис и WWF, являются сторонниками реализации в России интенсивной модели лесопользования". Неизвестно, говорил ли Иван Владимирович именно это, или его слова были неправильно поняты и искажены – но конкретно в такой формулировке это утверждение не соответствует действительности. Саму по себе интенсификацию лесопользования, без связи с развитием лесного хозяйства, Гринпис ни в коем случае не поддерживает (полагаем, что и WWF тоже).
Интенсификация лесопользования и интенсификация лесного хозяйства – это совсем не одно и то же. Интенсификация лесопользования – это увеличение объемов рубок, "съема древесины" с единицы площади; фактически это возврат к далекому прошлому, когда леса наши эксплуатировались гораздо сильнее, чем сейчас (рекордный объем фактической рубки был достигнут в РСФСР в 1968 году – 337,7 миллионов кубометров, это на 72% больше прошлогоднего объема заготовки древесины в России). Интенсификация лесопользования в истории нашей страны приключалась неоднократно; в прошлом она обеспечивалась главным образом отказом от различных лесоводственных и природоохранных норм, обеспечивавших хотя бы условное постоянство пользования лесом. Классический для нашей страны подход к интенсификации лесопользования восемьдесят лет назад сформулировал первый нарком лесной промышленности С.С.Лобов: "необходимо повести решительную борьбу с реакционным и по существу вредительским методом ведения лесного хозяйства и лесоэксплуатации, построенным на принципе постоянства и непрерывности лесопользования". Нынешнее состояние наших лесов, и многие нынешние беды российского лесного сектора, как раз являются результатом такого подхода.
Интенсификация лесного хозяйства – это совсем другое, а именно переход от традиционной для многолесных стран добычи древесины в диких или естественным образом возобновившихся лесах к целенаправленному выращиванию этой древесины. С учетом современного положения дел в большинстве наших лесных регионов, правильнее говорить даже не об интенсификации лесного хозяйства, а о его появлении или возобновлении. Одним из результатов развития лесного хозяйства должно стать увеличение возможных объемов заготовки древесины, а также значительное улучшение качественных характеристик этой древесины – но это именно результат, а не суть собственно интенсификации. Принципиальное отличие интенсификации лесного хозяйства от просто интенсификации лесопользования состоит в том, что первое дает лесному сектору шанс на развитие в будущем, а второе – может лишь облегчить его страдания сейчас, но без шансов на поправку.
Создать условия для увеличения объемов рубок намного проще, чем для развития лесного хозяйства – поэтому есть очень большой риск, что вся затея с "интенсификацией" приведет лишь к некоторому упрощению работы лесозаготовителей. Судя по той скудной информации, которая просачивается за пределы Минприроды и Рослесхоза, дело может свестись к простому снижению возрастов рубки, причем даже не для всех, а лишь для избранных – отдельных компаний или отдельных лесных районов, где работают эти компании. Может быть, это снижение будет сопряжено с исполнением каких-то ритуальных действий, например, внедрения каких-нибудь современных технологий лесовосстановления; но лесовосстановление в узком смысле этого слова, если оно не является частью целой системы лесовыращивания и сбережения лесов, не дает практически никаких результатов.
Серьезные опасения вызывает то, что у интенсификации лесопользования есть очень влиятельные сторонники и мощные лоббисты, способные добиться принятия нужных им частных решений (типа установления специальных возрастов рубок для каких-то лесных районов или особых ситуаций). А вот у лесного хозяйства настолько влиятельных сторонников и лоббистов пока нет, при этом необходимые для его развития меры (дебюрократизация, упрощение правил, укрощение надзорных структур и т.д.) вызывают жесткое отторжение у многих руководителей и законодателей. Это увеличивает риск того, что "интенсификация" приведет лишь к более быстрому доеданию доступных остатков хозяйственно-ценных лесов.
Что можно сделать сейчас, чтобы этого не произошло, и чтобы интенсифицировалось именно лесное хозяйство в целом, а не только лесопользование? Можно предложить несколько первоочередных действий.
Во-первых, весь процесс подготовки "интенсификации" должен быть гораздо более открытым. "Установочные" министерские совещания не должны проводиться в формате "междусобойчиков", проекты нормативных актов должны быть открытыми с самого начала их разработки, критические замечания специалистов должны в обязательном порядке учитываться. Минприроды и Рослесхозу следует как минимум вынести рассмотрение вопроса об интенсификации лесного хозяйства или лесопользования на заседания своих общественных советов, а еще лучше – провести специальное открытое обсуждение с широким кругом специалистов.
Во-вторых, меры по интенсификации лесного хозяйства должны иметь общий характер, а не создавать исключительные преимущества кому-то одному или немногим. Помощь в развитии лесного хозяйства нужна абсолютно всем российским регионам во всех лесных районах, независимо от наличия или отсутствия в них крупных лесопользователей и мощных лоббистов. Если законодатели готовы и могут сделать что-то полезное для лесного хозяйства – это надо делать везде. Практически это означает, что разумные изменения нужно вносить в лесные нормативы в целом, тем более, что переработка важнейших из них (правил лесовосстановления, ухода за лесами и заготовки древесины) и так запланирована на 2015 год планом реализации госпрограммы развития лесного хозяйства.
В-третьих, упрощение лесопользования (включая, возможно, снижение возрастов рубок или привязка времени рубки к качественным показателям насаждений) должно идти в неразрывной связке с обязательствами по ведению лесного хозяйства. Важно, чтобы эти обязательства включали в себя не только традиционные ритуальные действия (лесовосстановление в узком смысле слова – втыкание сеянцев и т.д.), но и весь комплекс мероприятий по уходу, в том числе за существующими молодняками и ранее созданными лесными культурами. Возможности для этого у Минприроды и Рослесхоза сейчас есть – в ближайшее время им предстоит разработать и утвердить типовые договора аренды.
В-четвертых, надо не забыть, что огромные площади наиболее продуктивных и подходящих для интенсивного лесовыращивания земель находятся вне земель лесного фонда – это заброшенные земли сельскохозяйственного назначения, которые в обозримом будущем явно не вернутся в сельскохозяйственный оборот. Возможные объемы выращивания на них древесины в разы превышают существующую ее заготовку по всей России. Напомним: в сентябре 2013 года Президент поручил Правительству обеспечить внесение в законодательство изменений, предусматривающих установление особенностей использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов, расположенных на землях сельскохозяйственного назначения. Срок исполнения этого поручения истек 1 января прошлого (2014) года. Пора бы наконец его выполнить – это имеет самое прямое отношение к интенсификации лесного хозяйства.
Из всего этого открытость имеет самое большое значение: без нее лоббистам увеличения лесопользования без дополнительных затрат и обязательств будет легко протащить свои поправки, никак не связанные с развитием лесного хозяйства и нисколько не помогающие переходу от добычи древесины в естественных лесах к ее целенаправленному выращиванию.
Алексей Ярошенко, руководитель лесного отдела Гринпис России
Николай Шматков, WWF
Да, мы поддерживаем интенсификацию только в связке с грамотным лесным хозяйством, причем во вторичных, уже освоенных лесах. Но даже и в них при рубках нужно принимать меры по сохранению биоразнообразия. Судя по всему, на совещании было сказано очень много правильных слов, очень хочется верить, что процесс пойдет в верном направлении. В следующий раз, надеемся, что у нас будет возможность услышать эти правильные слова непосредственно и самим выразить свою точку зрения, чтобы о ней не пришлось гадать. Но, самое главное, скорее бы за правильными словами последовали дела — разговоров было уже много. Для реальных шагов по внедрению интенсивного и устойчивого лесного хозяйства нужны серьезные гарантии по защите инвестиций компаний в грамотное лесное хозяйство, а проблема привлечения и защиты инвестиций, особенно сейчас, выходит далеко за рамки лесного сектора. Но без этого все разговоры об интенсификации рискуют выродиться в снижение возрастов рубок для ЦБК.
drin1
написано 3 года назад, ещё в тучные времена:
https://kiowa-mike.livejournal.com/1504187.html
интересны записи под тегом "охрана природы"
