23/01/2014
0Ниже информация о том, как видят ситуацию в Украине её русскоговорящие соседи. М.П.фото: Александр Астафьев
Страх и отчаяние Виктора Януковича
Всякая Россия в своем историческом развитии достигает точки, когда ей становится интересна только Украина. А Украина, кажется, сегодня живет и борется уже и для того, чтобы мы устыдились скудости и бессмысленности нашей политической псевдожизни.
Нынче я вновь слышу хмурые голоса, напоминающие, сколько крови и слез приносят революции, любые революции. Как эти проклятые революции ввергают свои страны в хаос. Как они пожирают своих детей, а наипаче – отцов. И если бы революции, как понедельники, взять и отменить… Зачем они, спрашивается, и кому вообще нужны?!
Мне представляется, здесь мы имеем дело с не совсем правильной постановкой ключевого вопроса.
Как говорила моя школьная учительница биологии Таисия Максимовна Никольская, «научный, дарвиновский вопрос – не зачем, для какой цели, а почему, по какой причине?». Сегодня я не могу назвать себя последовательным дарвинистом, особенно с учетом растущего (с возрастом) тяготения к креационизму, т.е. точке зрения, что всё живое сотворил Господь Бог, причем в кратчайшие сроки. Но в том, что касается анализа революций, я бы с Таисией Максимовной согласился.
Известный современный мыслитель Нассим Талеб (американец ливанского происхождения), прославившийся книгами «Черный лебедь» и «Антихрупкость», правильно заметил: проблема Израиля не в том, что рухнул лояльный ему египетский режим Хосни Мубарака, а том, что премудрые евреи не смогли верно оценить вероятность такого падения и потому не подготовились.
То же касается и сегодняшней Украины. Можно сколько угодно рассуждать, что насилие порождает насилие, и выход ситуации из-под контроля не выгоден никому, вообще никому. И это правда. Но важнее понять, почему случилось то, что сейчас происходит, и почему оно должно было случиться.
Нынче ходит много разговоров о некоем геополитическом конфликте, в который ввязался президент Украины Виктор Янукович. Дескать, он решил кинуть Европу и пойти под покровительство путинской России. Вот здесь, собственно, и начался скандал. Наверное, подпитываемый теми странами и силами, которые такой геополитический выбор Януковича не разделяют.
А по-моему, всё это пустое. Виктор Федорович не оперирует геополитическими категориями. Он, мне кажется, не знает значения слова «геополитика», ибо не открывал словарь на букву «г», чтоб не поначитаться лишнего.
А чтобы понять, как и чем движим человек и лидер, спровоцировавший нынешний политический кризис в Киеве, – все тот же Янукович, – надо вспомнить, откуда этот лидер есть-пошел, где, как и когда он научился думать. И принимать решения.
Виктор Федорович – человек непростой судьбы. Его мать умерла, когда ему было всего два года. Уже (или, если угодно, еще) в 17 лет Янукович впервые был осужден на 3 года лишения свободы – за участие в грабеже в составе некой преступной группировки «Пивновка». В 20 лет, в 1970-м, сел повторно, теперь на 2 года – за побои. Впоследствии судимости с него сняли, причем по ходатайству дважды Героя Советского Союза, летчика-космонавта Георгия Берегового. Будущего президента Украины и космонавта связывал родной город Януковича – Енакиево, где Береговой провел часть детства-юности.
Но как бы ни выглядела формальная сторона дела, все эти драматические перипетии не могли не оставить отчетливого следа в душе В.Ф. Может быть, именно ранняя тюрьма породила в нем глубинный, нутряной страх, который и сегодня, во многом, движет им при принятии важных и важнейших решений.
После уголовной молодости Янукович взялся за ум и сравнительно быстро сделал солидную карьеру. В 1997-м он становится губернатором Донецкой области, одного из главных промышленных и одновременно криминализированных регионов Украины. По отзывам большинства свидетелей и украинских экспертов, на этой должности он хорошо проявил себя как модератор региональной элиты. Правда, это слишком по-умному сказано, а если проще – В.Ф. был разводящим между разными кланами и группами влияния, делившими Донецкую область, которые в то время учились воевать и договариваться без помощи огнестрельного оружия.
В 2002-м он становится премьер-министром с прицелом на президентский пост. Есть много версий, почему Леонид Кучма сделал ставку именно на Януковича. Одна из них гласит, что назначение В.Ф. должно было сорвать наметившийся тогда альянс между «донецкими» (в частности, в лице олигарха Рината Ахметова) и вроде-как-оппозиционным кандидатом в президенты Виктором Ющенко. Другая – нисколько не противоречащая первой, – что все равно В.Ф. никто всерьез не принимал. Он призван был стать не полноценным, а церемониальным президентом в парламентской республике с премьер-министром Кучмой.
Стратеги Банковой улицы (где находится в Киеве администрация президента), видимо, посчитали, что для выполнения роли номинального правителя человек с двумя судимостями подойдет идеально. И с тех пор многие, прежде всего – собственные соратники традиционно склонны были считать Януковича глупее, бездарнее и слабее, чем он есть на самом деле.
После Оранжевой революции 2004 года его почти вовсе списали в утиль. Откуда он восстал, чтобы привести Партию регионов к победе на парламентских выборах в 2006-м. Но и тогда близкие партнеры В.Ф. побежали договариваться с «оранжевыми», чтобы создать коалиционное правительство без Януковича-премьера. В результате они получили-таки именно Януковича-премьера. Правда, продержался он недолго – до декабря 2007-го. И потом, в 2009-м, ему предложили 10-летний пакт о разделе страны и власти с Юлией Тимошенко. Пакт предполагал, что В.Ф. становится…. правильно, номинальным президентом без полномочий. А «оранжевая принцесса» – конечно, полноценным премьер-министром с реальной властью. Янукович до последнего делал вид, что предложение принимает. Но в решающий день-момент сходил в церковь и вышел оттуда просветленный: сделки не будет, я пойду на общенародные выборы и стану президентом по-настоящему.
Так и произошло. В 2010-м. А украинские элиты недооценили, какой запас ненависти к себе они создали в Януковиче за все минувшие годы. И как он должен был отыграться, как ярко показать, что это он будет распоряжаться судьбами всех – не наоборот!
Три с половиной года В.Ф. тестировал Украину: сможет ли он править по-царски, в режиме «что хочу – то и ворочу». Продлил базирование российского Черноморского флота на 25 лет – сошло с рук. Посадил Юлию Тимошенко – катастрофы не случилось. В 2012-м сформировал новое правительство, почти целиком состоящее из прямых ставленников его семьи, – услышал в ответ лишь глухое брюзжание, без последствий.
Но в прошлом году он ввязался в дело, которое оказалось ему не по плечу. В судорожных поисках денег для спасения предбанкротного украинского бюджета (а каким еще может быть бюджет, если правительство работает в интересах одной-единственной семьи?) он начал лавировать между Россией и Евросоюзом, пытаясь развести и кинуть, если называть вещи своими именами, обе стороны. Не будем забывать: в той среде, где В.Ф. формировался с младых ногтей, кинуть и развести фраера – это не плохо, а сладостно и почетно.
Когда старушка Европа отказалась озолотить Украину, Янукович сорвал подписание соглашения об Ассоциации с ЕС и кинулся умасливать Владимира Путина. Аргумент его был прост, как всё тюремное: если я немедленно не получу большой кредит и скидку на газ, моя власть падёт, а это сильно испортит Кремлю и лично ВВП предолимпийское настроение.
Московские деньги и скидку он получил. Но будучи вовсе не геополитиком и вообще не стратегом, не учел одного: есть заветные области бытия, в которые нельзя вступать грязными сапогами. Провернув аферу с обещанным и неподписанным Соглашением об Ассоциации с ЕС, В.Ф. покусился на главную национальную парадигму своей страны: Украина – не Россия. Ибо если Украина не идет в Европу, пусть даже медленно и почти виртуально, ее самостоятельное национально-государственное существование теряет смысл. Просто отмирает ее жизненное задание.
Еще – Янукович переоценил терпение своего народа. Совершив типичную ошибку индуктивиста: если дождь шел вчера и позавчера, он пойдет и завтра. Так появились и многосоттысячный Евромайдан, и радикальный, с кровью, протест улицы Грушевского.
Сейчас страх не дает В.Ф. двигаться ни вперед, ни назад. Ни раздавить восставший народ танками, ни пойти на реальные уступки оппозиции. Он хочет просто тянуть резину в расчете, что сердце само собой успокоится, и кривая куда-нибудь выведет. Но стратегически он уже проиграл.
Фарш невозможно провернуть назад. В политике можно играть против кого и чего угодно, но не против истории. Вопрос сегодня лишь в том, как и на каких условиях Виктор Янукович в эту историю уйдет.
Я пишу этот текст в шесть утра. Не потому, что совсем не спится, а потому, что всегда надо следить за свежими новостями из Киева. Больших новостей из Москвы я не жду.
Такая вот история.
Орочьи барабаны, гоблины кругом
фото: Сергей Гриц / AP
В среду, 22 января, бойцы украинского спецназа начали решительное наступление на улице Грушевского.
Именно туда с майдана переместилось противостояние оппозиции и власти в Киеве. Наступление сопровождалось первыми человеческими жертвами — как минимум двое активистов застрелены. Тем временем лидеры оппозиции продолжили переговоры с президентом Виктором Януковичем; судя по всему, крайне неуспешно. На протяжении суток активисты ждали окончательного разгона, но его почему-то не произошло. За тем, что творится в Киеве, следит корреспондент «Ленты.ру».
В первые три дня сражение за небольшую площадку возле стадиона «Динамо» на улице Грушевского напоминало экстремально опасную, но все-таки игру. Да, сотни человек пострадали — кто-то лишился глаза, кто-то — кисти руки, кому-то ногу изрешетило осколками шумовой гранаты. Да, милиционеров жгли бензином и подрывали фейерверками, а те стреляли по толпе резиновыми пулями. При этом даже слезоточивый газ (возможно, из-за минусовой температуры) действовал не так эффективно, как, например, в ходе прошлогодних столкновений в Стамбуле. Одновременно на Грушевского происходило что-то нелепое и смешное: протестующие разгуливали в средневековых доспехах, строили катапульту, которая в полную силу так и не заработала, бросали коктейли Молотова в неразбивающихся бутылках из-под шампанского.
Но в среду, 22 января, все изменилось. По крайней мере, игре пришел конец, а шутки перестали быть смешными. Точкой невозврата стала смерть активиста Сергея Нигояна, а затем еще как минимум двух человек (медики майдана заявляют о пяти погибших). Известно, что Нигояна убили из пистолета Макарова выстрелами в голову и шею, а Михаилу Жизневскому (гражданину Белоруссии) пуля снайпера попала в сердце. Тело еще одного активиста, Юрия Вербицкого из Львова, нашли в лесу в Бориспольском районе Киевской области.
Сергей Нигоян, убитый в результате столкновений с милицией, фото: Максим Дондюк
Утро. Переговоры
Атака «Беркута» (украинский спецназ МВД), который уничтожил некоторые баррикады, построенные протестующими, и, предположительно, убил двух человек, состоялась в среду ранним утром. Однако к десяти утра вновь установилось хрупкое перемирие. Люди беспрепятственно ходили за автобусы, сожженные еще в воскресенье (эту часть баррикады милиции уничтожить не удалось), и спокойно общались с бойцами внутренних войск МВД Украины, цепью перекрывшими улицу с щитами и дубинками в руках.
К солдатам срочной службы ВВ украинские протестующие относятся с пониманием. Они уверены, что солдаты очень хотят ослушаться приказа, но просто боятся, поэтому активисты правдами и неправдами пытаются убедить их перейти на сторону майдана. «Вы же народу клялись, а не депутатам-киллерам. Вы евреев защищаете, а не народ!», «Они убивают людей! Наберитесь смелости и переходите на нашу сторону!» — кричали протестующие солдатам.
«Смелых» среди солдат так и не нашлось. Вместо ответа они периодически начинали по очереди стучать щитами о щиты соседей — будто запускали волну на стадионе. Кто-то из протестующих на потеху остальным стучал в ответ корягой по своему заду, другой шутил: «Если вы с нами, то постучите щитами!» Солдаты, не обращая на их слова, продолжали стучать щитами. В толпе аплодировали, смеялись и одобрительно скандировали: «Мо-лод-цы!»
При этом украинские бойцы ВВ охотно общались с оппозиционерами, хотя покидать строй отказывались.
— Вы не скинете щиты? — уточнил у солдата парень в зеленом шлеме.
— Нет, мы будем стоять насмерть, — уверенно ответил срочник.
— Насмерть! — хмыкнул протестующий и указал куда-то за спину милиционера. — За них?
— Ну не за вас же, — ответил солдат.
— Не за нас, а за украинский народ!
— Вы не народ! Народ поднимает целину, — внезапно ответил срочник.
Вдоль строя бродила женщина в венке из искусственных цветов, она беспрерывно стучала железкой по дуршлагу. «Вы скажите своей подружке, чтобы она перестала употреблять наркотики», — попросил активистов срочник, указывая на женщину дубинкой.
В общем, атмосфера после атаки была весьма умиротворяющая. Бойцы «Беркута» тоже довольно расслабленно топтались позади солдат ВВ. К «Беркуту» среди активистов отношение совсем другое — их действительно ненавидят, потому что они бросают камни и коктейли Молотова обратно в толпу, стреляют резиновыми шариками и бьют дубинками. К тому же именно они разогнали студенческий майдан в ноябре 2013 года. В их адрес из толпы летели оскорбления. «Беркутовцы» неожиданно не стали молчать.
— Отойдите на три метра! — кричали спецназовцы «Беркута» людям.
— Отсоси на три метра! На наши харчи вы, пидоры, жрете.
— Иди ты нахер!
Затем наступила какая-то фантасмагория: бойцы спецназа вели себя как заправские митингующие, соревнующиеся в остроумных оскорблениях. Когда протестующие начали кричать спецназовцам «Фа-шис-ты!», бойцы «Беркута» ответили собравшимся на площади зычным «На ра-бо-ту!» Они называли протестующих «тунеядцами» и «европидорасами» (когда-то майдан боролся не за отставку Януковича, а за интеграцию с Евросоюзом) и показывали им средний палец. «Майданутых на нары!» — в какой-то момент принялись скандировать «беркутовцы», чем вызвали у протестующих восторг.
Один из активистов «Правого сектора» (радикальные националисты из «Обороны майдана», которые и являются главной движущей силой на Грушевского), одетый во все черное и с дубинкой в руках, подошел поближе и закричал:
— Вы тупое быдло, а мы будем жечь ваши хаты и машины!
— Ну ты, герой, спускайся сюда и скажи это еще раз, — ответил ему «беркутовец» в маске с прорезями для глаз и рта.
— Это ты иди сюда, я герой, а ты — ссыкун! — сказал парень.
Когда кто-то начал объяснять «Беркуту», что «на Украине командует народ», а не президент Виктор Янукович, то спецназовцы в ответ сказали: «Да на что вы будете жить, дебилы!» По итогам этих бесед можно было сделать вывод, что «Беркут» на сторону революции точно не перейдет.
День. Война
Остановить кровопролитие в последние дни пытались священнослужители. После наступления затишья они с иконами в руках вставали между митингущими и милицией — и читали молитвы. Однако событие вторника и среды показали, что к священнослужителям особого уважения не испытывают обе стороны. Накануне вечером «Правый сектор» кидал в солдатов ВВ камни и коктейли Молотова, несмотря на стоявшего на линии огня попа. Не помешали священники и «Беркуту», который в среду, районе двух часов дня, оборвал перемирие: двинулась вниз по улице Грушевского. На этот раз она не ограничилась отвоевыванием площадки перед стадионом; прикрываясь от града камней щитами, медленно, но верно правоохранители шли вперед. Дождавшись, когда у молодежи кончатся снаряды, милиционеры пошли быстрее.
Полицейские во время противостояния с оппозицией в центре Киева, фото: Ефрем Лукацкий / AP
«Стоим, стоим!» — кричал кто-то в стремительно отступающей толпе бойцов «Правого сектора». Хотя националисты три дня кидали в спецназ камни и бутылки, как бы сдерживая «Беркут» на Грушевского, при первой же серьезной атаке милиции они обратились в бегство. Этим воспользовался «Беркут», выскочил из-за строя ВВшников и начал дубасить дубинками отстающих — досталось всем, в том числе журналистам и праздным зевакам.
«Ну что, *****, революция?» — максимально саркастично, насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах, спросил одного из протестующих подбежавший «беркутовец». Не дожидаясь ответа, ударил его дубинкой и отправился дальше — искать новую жертву. Сопротивление со стороны парней в касках и с дубинками было крайне слабым; «Беркут» пересек Европейскую площадь, завернул на Крещатик. До Майдана оставалось несколько шагов, но динамика была потеряна (еще в предыдущие дни стало ясно: когда бойцы «Беркута» выходят из-под защиты чужих щитов, разбираются дубинками с ближайшими целями и теряют строй, что делать дальше, они решить не могут). «Беркутовцев» начали окружать оправившиеся от первого потрясения оппозиционеры. Поэтому спецназ предпочел медленно возвращаться на свои позиции. Националисты камнями подгоняли отходивший на изначальные позиции «Беркут».
Медики работают в центре Киева, фото: Сергей Чужаков / AP
Пока медики перевязывали и уносили раненых, «Правый сектор» с победными криками вновь принялся бросать камни и коктейли Молотова. Радость была недолгой, потому что через десять минут «Беркут» снова побежал вперед, сметая все на своем пути. Однако спецназ и на этот раз дошел только до Европейской площади. Возможно, это была проверка того, насколько быстро милиция может дойти до майдана — ну, или просто демонстрация силы.
Люди ждали третьей атаки, однако «Беркут» не появился. В это время на Европейской площади кто-то поджог кучу автомобильных покрышек — повалил густой черный дым. Неизвестно, было это продумано заранее или стало результатом импровизации; как бы то ни было, протестующие изобрели новую тактику борьбы с «Беркутом»: активисты «Правого сектора» и «Обороны майдана» перетащили горящие покрышки к автобусам и выстроили из них сплошную горящую и дымящую линию обороны. Ветер в этот день поддерживал оппозицию: густой вонючий дым валил в сторону милицейского оцепления.
В этот момент правоохранители на Грушевского привезли бронетранспортер и с его помощью разобрали ближнюю баррикаду из двух сгоревших милицейских машин. Использовать БТР против людей не стали; наоборот, «Беркут» и внутренние войска еще немного отошли назад, вернувшись на позиции, которые они занимали предыдущие три дня.
Из-за сплошной дымовой завесы ни «Беркут», ни «Правый сектор» не видел врага. Хотя предположить, где стоит сплошной строй милиционеров, было все же проще. Активисты то и дело подходили вплотную к горящим покрышкам, под прикрытием дыма, метали в противника камни и коктейли Молотова. Периодически милиция отвечала шумовыми гранатами и слезоточивым газом. На протяжении всего вечера правоохранители пытались потушить покрышки с помощью водомета, но это была пустая трата воды — активисты приносили и бросали в огонь все новые и новые шины.
БТР в центре Киева, фото: Reuters
Улица Грушевского после нововведения с покрышками стала выглядеть совсем уж инфернально. Фейерверки, летящие в сторону милицейского оцепления, периодически прорезали клубы черного дыма и разноцветными огнями опадали вниз. Из темноты, подсвеченная милицейским прожектором, периодически выплывала сгорбленная фигура — памятник Лобановскому. Одни ломали брусчатку, другие палками стучали по пустым бочкам, поднимая боевой дух, третьи строили новые баррикады. Кто-то скандировал «Зека геть!» или «Слава Украине!»
Один из протестующих интеллигентно описывал происходящее по телефону: «Чем-то похоже на немецкую хронику, когда зачищали варшавское гетто». Мой украинский коллега сравнил улицу Грушевского по состоянию на 22 января с толкиеновским Мордором: «Дым, костры, пепел, орочьи барабаны, гоблины кругом». Ближе к ночи на улице Грушевского возвели еще несколько баррикад, использовав для них, в том числе, и легковые автомобили. А еще создали небольшую копию катапульты — пращу для коктейлей Молотова.
Вечер. Политики
Днем оппозиция объявила о тотальной мобилизации майдана, который за время противостояния на Грушевского крепко приуныл. О нем практически позабыли политики и музыканты (сказать было нечего, а петь как-то не время); целыми днями здесь крутили документальные фильмы про преступления донецкой мафии и про Вторую мировую войну. Майдан из главной точки страны превратился в чемодан без ручки; глубокий тыл, из которого на передовую таскают бутерброды.
В интернете, а значит, и на майдане, быстро распространились слухи, что примерно в 16 часов начнется зачистка площади; поэтому из всех государственных зданий в округе проводится эвакуация. «Время компьютерных мышек закончилось, — заявил со сцены бывший глава МВД и один из лидеров оппозиции Юрий Луценко. — Все на майдан!» Площадь наполнилась людьми; к шести вечера, когда здесь началось очередное народное вече, собралось больше десяти тысяч человек.
Перед выступлением трех лидеров оппозиции (Виталия Кличко, Олега Тягнибока и Арсения Яценюка), которые к началу народного вече как раз вышли с переговоров с Януковичем, толпу разогревали фигуры помельче (например, бывший депутат Рады Тарас Стецькив).
В своих выступлениях все они обязательно упоминали три главных момента. Во-первых, просили людей «стоять вместе и до конца». «Вместе мы сила, а по одиночке нас перебьют», — говорил Стецькив. Во-вторых, обращались к милиционерам и военным, чтобы те как можно скорее переходили на сторону протестующих и обещали им амнистию. «Мы вас поддержим», — убеждали со сцены; при этом военных на майдане не было. В-третьих, погибших на площади активистов называли «нашими великими героями», хотя одновременно настойчиво просили людей ни в коем случае не ходить на баррикады и не участвовать в «кровавом московском сценарии».
Горящие покрышки в центре украинской столицы, фото: Сергей Чужаков / AP
В толпе ораторов слушали вполуха. Один из митингующих в танкистком шлеме говорил товарищу, что получил ранение и собирается ехать домой.
— Тут хорошо, но лучше быть здоровым, — соглашался его рассудительный товарищ.
— Но никто не хочет ехать вместо меня. Все боятся, — жаловался «танкист».
— Да, здесь очень опасно, а тем более еще и стреляют, — подытожил его сосед.
Наконец, в половину восьмого на сцену вышел Кличко. За последние дни он незаметно стал тем самым единым лидером народного сопротивления, которого толпа требовала от политиков выбрать на вече 18 января 2014-го. Произошло это во многом из-за того, что именно Кличко, в отличие от других политиков, появляется на Грушевского, и чаще других ходит на переговоры с Януковичем. Тягнибок с 18 января вел себя максимально незаметно, а Яценюк, очевидно, совершенно не подходит для радикального этапа протеста.
Майдан начал скандировать фамилию Кличко. Но пока тот говорил, толпа быстро в нем разочаровалась. Кличко говорил тихо, прерывисто, как будто едва сдерживая слезы, и по-русски.
Все, конечно, хотели узнать, о чем же лидерам оппозиции удалось договориться с Януковичем. «На вопрос, собирается ли президент рассматривать досрочные выборы, ответа не получено. Возможна ли отставка Кабмина — возможно. Но надо согласовать на очередной сессии Рады. Можем поторговаться, чтоб отменить законы, которые каждого протестующего в Украине ставят в ранг преступника», — объяснил Кличко, и стало ясно, что лидеры ни о чем ни с кем не договорились.
Кличко пообещал, что переговоры продолжатся и призвал президента объявить досрочные выборы (в этот момент львовянин Тарас опечалился тем, что в качестве главного требования Кличко говорил про выборы, а не про то, что надо остановить бойню на Грушевского). К концу выступления Кличко разочарованный народ, ожидавший от лидеров оппозиции призывов к решительным действиям, окончательно потерял терпение.
— Нужно отстоять майдан, и если президент не пойдет навстречу… — говорил Кличко.
— А сегодня он пошел?! — бушевали в толпе.
— Нужно будет идти и сражаться вмести с вами — я буду сражаться. Нужно будет идти под пули — я пойду под пули, — продолжал бывший боксер.
— Ну так иди первый вперед! — подхватывали митингующие.
— Я готов сделать все… — говорил Кличко.
— Так и делай! — кричали ему в ответ.
Напоследок Кличко еще раз сказал, что главная задача — защитить майдан, а «завтра нас будет больше, и мы победим, потому что боремся за правду». После его речи люди снова скандировали «Кличко», но уже намного менее охотно.
Следом вышел лидер партии «Свобода» Олег Тягнибок, который объявил о создании народной рады (из оппозиционных депутатов), народного правительства и народного центризбиркома. «У-у-у, епты, это бла-бла», — прокомментировали в толпе. Последним говорил лидер «Батикивщины» Арсений Яценюк. Он грозно заявил, что дает власти 24 часа на то, чтобы остановить кровопролитие.
«Завтра пойдем вперед: если пуля в лоб, то пуля в лоб. Но честно, справедливо и смело», — сказал Яценюк. В ответ из толпы ему неслось лишь одно: «Се-год-ня!» — люди устали постоянно слышать про завтра. «Мы радикальные юные люди, мы клали на их завтра, мы действуем сегодня и достаточно радикально, нас убивают, но сколько можно бояться, нужно действовать», — рассказала мне певица Татьяна Гаврилюк, которая лично изготовила 30 коктейлей Молотова (впрочем, ни одного не кинула).
Осталось непонятным, о чем же говорили три лидера оппозиции с Януковичем целых три часа. Львовянин Тарас уверен, что «эти суки» занимались тем, что выторговывали себе личные гарантии неприкосновенности. Власти уже заявляли, что именно оппозиция ответственна за действия молодежи на улице Грушевского. «Такая странная ситуация: мы остались один на один со сворой, и это страшно», — сказал Тарас и отправился на Грушевского.
В Киеве продолжают ходить слухи (а в эти дни их вообще много), что в город уже направлена военная техника из других городов — или что вот-вот введут режим ЧП; тем не менее, ночь прошла относительно спокойно. На Грушевского продолжалась война — и появлялись новые раненые, Майдан остался нетронутым. «Так дорого 20 метров земли, по-моему, еще никогда в истории не давались», — сказал Тарас. И ведь правда: внятно объяснить, зачем нужен этот клочок земли, за который уже погибло несколько человек, не сможет ни одна из сторон.
23 января 2014 года
http://www.gorod.lv/novosti/218788-orochi-barabany-gobliny-krugom
