О механизме возникновения лесных пожаров от “контролируемых” палов сухой травы

Интересная статья о контролируемых палах. При разумном подходе этот метод профилактики пожаров может найти своё место в лесном хозяйстве Украины. Но пока он вне закона и , ро-моему, не проводился  даже в рамках эксперимента. М.П.

В нашей стране широко распространена практика так называемых "контролируемых выжиганий" сухой травы, поддерживаемая в том числе некоторыми федеральными органами исполнительной власти. В частности, Рослесхоз своим приказом от 28 января 2013 года № 14 "Об организации охраны лесов от пожаров в 2013 году" предписал органам государственной власти субъектов РФ, уполномоченным в области лесных отношений, провести "профилактическое контролируемое противопожарное выжигание хвороста, лесной подстилки, сухой травы и др." на площади 1211,4 тыс. га. Официально считается, что эти выжигания были проведены на меньшей площади – 832,8 тыс. га.

Согласно разъяснениям Рослесхоза, выжигания эти должны проводиться в соответствии с Рекомендациями по созданию защитных противопожарных полос на участках лесного фонда путем контролируемого выжигания сухой травы, утвержденными приказом Федеральной службы лесного хозяйства РФ от 24 марта 1999 г. № 68. Однако, в реальности провести контролируемые выжигания на такой площади в соответствии с этими рекомендациями невозможно. Согласно пункту 4.6 Рекомендаций, выжигание можно проводить с 15 часов до захода Солнца, а согласно пункту 3.6 – одна группа из пяти человек в течение двух часов в простых (равнинных) условиях может выжечь до двух гектаров, и еще час ей необходим для осмотра пройденной огнем площади и ликвидации очагов длительного горения. В сложных условиях для той же работы требуются две группы. Таким образом, можно примерно считать, что группа из пяти человек в среднем, согласно этим рекомендациям, может безопасно выжечь два гектара в день (где-то она сможет выжечь больше, но где-то даже на эту площадь потребуется две таких группы). Согласно пункту 4.3 этих Рекомендаций, безопасные и благоприятные условия для выжигания наблюдается в первые дни после схода снега, а осенью – в первые дни после выпадения осадков.

Если предположить, что такие безопасные и благоприятные условия для проведения "контролируемых" выжиганий наблюдаются в течение десяти дней весной и десяти дней осенью, и в течение всего этого времени занятые выжиганием люди могут выполнять именно эту работу каждый день, не отвлекаясь ни на какие иные дела – для проведения выжиганий в объеме, запланированном Рослесхозом, потребовалось бы более ста пятидесяти тысяч человек, а в отчитанном объеме – более ста тысяч человек. Если же принять во внимание другие положения Рекомендаций (например, о необходимости наличия по всем сторонам каждого выжигаемого блока непрерывных охранных линий для пуска огня), то необходимое количество людей существенно увеличивается. Понятно, что у российского лесного хозяйства просто нет такого количества людей, чтобы направить его на проведение "контролируемых" выжиганий.

На практике выжигания проводятся совсем иначе, даже когда те, кто их проводят, стараются обеспечить какие-то меры пожарной безопасности. В лучшем случае выбирают то короткое время, когда в лесу еще лежит снег, а трава на открытых пространствах уже просыхает – и пускают пал в расчете на то, что он не уйдет в лес из-за еще лежащего там снега. На первый взгляд, в этом есть определенная логика: заснеженный лес действительно гореть не может, зато вокруг него образуется очищенное от горючей травы пространство.

Но эта логика верна только на первый взгляд. В реальности опушки леса и перелески освобождаются от снега гораздо раньше, чем основная часть лесов – примерно тогда же, когда высыхает трава на прилегающих к лесу территориях. Многие опушки леса сейчас захламлены огромным количеством мертвой сухой древесины – выпавшими старыми деревьями, порубочными остатками от воровских рубок, обгоревшими при прошлых пожарах стволами и т.д. Эти кучи весной обычно бывают еще влажными – они плохо горят, но могут поддерживать тление в течение многих дней после травяного пала. После наступления более теплой погоды и просыхания тлеющих бревен, тление может переходить в открытое горение и приводить к возникновению очагов пожаров в уже освободившихся от снега лесах с подсохшей подстилкой.

По всей видимости, именно это и произошло весной 2013 года в Забайкальском крае, где в течение апреля проводились массовые выжигания сухой травы, формально считавшиеся "контролируемыми" (Забайкалье – единственный регион, где в 2013 году власти решили провести такие выжигания на огромной площади – насколько сил хватит). Силами одной только государственной лесной службы края выжигания были организованы на площади более 86 тысяч гектаров. Обеспечить реальную пожарную безопасность при выжигании таких площадей невозможно: для того, чтобы соблюсти требования вышеупомянутых Рекомендаций, государственной лесной службе пришлось бы мобилизовать на эту работу на весь период выжиганий, без выходных и без отвлечения на другие работы, примерно одиннадцать тысяч человек, даже если бы необходимые минерализованные полосы вокруг выжигаемых участков были бы сделаны заранее. Поскольку такого количества людей у краевой лесной службы не было, фактически эти "контролируемые выжигания" представляли собой обычные травяные палы, распространявшиеся свободно и бесконтрольно. На Забайкальский край пришлось более двенадцати процентов всех травяных палов, выявленных системами дистанционного мониторинга весной 2013 года в России. Результат не заставил себя долго ждать: уже шестого мая на всей территории региона пришлось вводить режим чрезвычайной ситуации в связи с лесными пожарами. Опыт Забайкальского края показывает, что массовое выжигание сухой травы, пусть даже формально "контролируемое" – это прямой путь к чрезвычайной ситуации с лесными пожарами.

А вот пример того, как это может происходить – старый, но не потерявший своей актуальности. 16 апреля 2010 года в Московской области, в кварталах 50, 54, 57, 58 и 60 Лобненского участкового лесничества (бывшего Северного лесопарка, вблизи подмосковного города Лобня и столичного аэропорта Шереметьево) произошел пал сухой травы, охвативший заросшие густой травой старые вырубки, лиственные молодняки и лесные культуры. В последующие дни на территории лесничества держалась прохладная и пасмурная погода, затем пошли сильные дожди (в период с 20 по 25 апреля в Шереметьеве выпало около двадцати миллиметров осадков). Тем не менее, при обследовании пройденной огнем площади (обследование проводилось в связи с тем, что это был первый в 2010 году лесной пожар в Подмосковье, который органы управления лесами поначалу попытались "не заметить") на пройденной им площади были обнаружены тлеющие и даже частично горящие полусгнившие бревна, оставшиеся от проведенной за несколько лет до этого рубки. Конкретно в этом случае они опасности не представляли, поскольку находились среди выгоревшей площади, в лиственном молодняке, окруженном сырым лесом, и пожар к тому времени был уже признан органами власти. Но этот случай наглядно показывает, что очаги тления, возникающие в результате весенних палов сухой травы, могут сохраняться в течение длительного времени (в данном случае – в течение десяти дней, и это явно не предел), переживать сильные дожди и в отдельных случаях становиться источниками лесных пожаров.

Вот как выглядели участки, пройденные этим травяным палом, и сохранявшийся в течение десяти дней очаг тления:

 
Этот же очаг тления вблизи – тлеет одно бревно, но вполне устойчиво

Состояние окружающего леса: в тот момент очаг тления на вырубке не представлял опасности, но так бывает далеко не всегда

Комментарии

abtar

А кто-нибудь оценивал, сколько людей нужно для патрулирования потенциально опасных территорий с кратностью, соответствующей нормативам, в течение всего пожароопасного сезона? Особенно если в эти территории включить еще и заброшенные земли сельхозназначения, поросшие травой, и примыкающие к лесам?

Понятно, что по закону эти земли леса не касаются, но по делу-то это постоянный источник опасности.

Редактор новостей

Если сравнивать эффективность патрулирования с эффективностью выжигания – то надо сравнивать не весь сезон, а относительно короткий период, когда возможно массовое горение сухой травы (после отрастания свежей травы опасность снижается или исчезает; после высыхания этой травы летом или осенью эффект от весеннего выжигания пропадает).

Патрулирование тех же площадей, на которых может быть проведено выжигание в соответствии с вышеупомянутыми Рекомендациями, требует явно меньших трудозатрат (даже если поставить перед собой задачу патрулировать ежедневно, что не всегда нужно) – но при этом можно избежать эффекта рекламы выжигания сухой травы, и добиться за счет этого гораздо лучших результатов.

Сравните весну 2013 года в Бурятии, Забайкалье и Амурской области (регионах со сравнимыми условиями): в Бурятии и Амурской области приняли меры по ограничению выжигания сухой травы – и весенний сезон прошел относительно спокойно, в Забайкалье решили отжечься по максимуму – и получили ЧС с лесными пожарами.