10/08/2013
0Поймать вредителя на подступах к границам – задача почти нереальная?
Что может быть страшнее для леса, чем разрушительные лесные пожары? После выступления заведующего лабораторией ВНИИЛМ Юрия Гниненко на августовском совещании в Рослесхозе у присутствующих в зале, кажется, не осталось никаких сомнений – не менее страшный урон, чем огонь, «зеленому золоту» страны могут нанести незаметные глазу букашки, осуществляющие тихую интервенцию с просторов Северной Америки, Китая, Японии.
Как явствовало из слов ученого, если за весь XX век в леса нашей страны проникло всего три вида инвазивных организмов, то с начала нынешнего века (а прошло всего менее полутора десятков лет!) в российских лесах обнаружили уже 15-16 видов «импортных» вредителей.
– Я вот сейчас говорю, а какая-нибудь коварная букашка проникает через нашу границу. И остановить это нельзя. Страна стала открытой, у нас открытая экономика, люди ездят, летают, передвигаются на всех видах транспорта и привозят с собой возбудителей болезней леса, – говорит Юрий Гниненко.
В качестве примера, он назвал недавно проникшую в Россию пихтовую охиостому, которая «кончает нам пихту». Проблема в том, что инвазивные организмы обнаруживают себя, когда заражение растений идет уже полным ходом. «Поймать» вредителей на границе или выявить их в первое время, пока они не размножились и не расползлись на значительные территории, крайне сложно.
– Когда уже есть повреждение на деревьях, бывает слишком поздно, – констатировал ученый.
Рыжий сосновый дендроктон попал из Северной Америки в Китай, где в трех провинциях уничтожил значительные массивы сосновых лесов.
– Он к нам движется. Мы его пытаемся отследить. Но он может на транспортном средстве переехать неизвестно в какую точку страны – на 10 километров от границы, на 100 километров от границы, – объяснил Гниненко особенности слежки за опасными «иностранцами».
Так, «свежий вселенец» – уссурийский короед, уничтожив на значительных площадях пихтовые леса в Сибири, недавно был обнаружен в лесах Ленинградской области.
– Недавно мы обследовали коллекцию пихт в московском ботаническом саду. Она находится в стадии уничтожения, и скоро от этой коллекции не останется ничего, – продолжал рисовать мрачные картины Юрий Гниненко.
По его словам, процесс уничтожения деревьев происходит следующим образом. Уссурийский короед вселяется на пихту и начинает кусать дерево. Пихта выделяет жидкость и убивает вредителя. Но на себе короед приносит гриб, который вызывает некроз в месте проникновения вредителя. Пихта слабеет и погибает. На умирающее дерево прилетают вредители-«новички», догрызают пихту и, прихватив гриб, перемещаются на здоровые растения. По существу, считает ученый, сейчас стоит вопрос о дальнейшем существовании в России пихтовых лесов как формации.
Ясеневая узкотелая изумрудная златка, которая продвигается со скоростью 20-25 километров в год, освоила калужские и тульские леса и подошла вплотную к Москве. В результате под угрозой оказался ясень. Еще одна напасть – гриб, вызывающий увядание ясеня. Сначала он был обнаружен в Польше и, предположил ученый, мог стать причиной гибели ясеня в Калининградской области. Сейчас этот гриб найден под Питером, что легко объяснимо, так как он распространился по Финляндии и Эстонии. В общем, златка вкупе с грибом может обеспечить ясеню перспективу вяза, который практически погиб от голландской болезни.
Будущему сосновых лесов серьезно угрожает американский сосновый семенной клоп, которого обнаружили на территории нашей страны только в прошлом году. Он проник в Ростовскую область и Краснодарский край. Самим деревьям клоп вреда не наносит, но уничтожает семена. По прогнозам Юрия Гниненко, американский семенной клоп распространится в лесах южнее Перми и Санкт-Петербурга.
– В Западной Европе, куда он проник раньше, клоп уничтожает до 80% семян, – сообщил заведующий лабораторией ВНИИЛМа.
В Казахстане, по его словам, недавно обнаружен новый пилильщик из Японии, появление которого в Западной Сибири ученые ждут со дня на день.
От невеселого рассказа о хроническом нездоровье наших лесов ученый перешел к извечному русскому вопросу: что делать? Главный рецепт от Юрия Гниненко заключается в том, что необходимо создавать систему слежения за передвижением инвазивных организмов, а также поддерживать тесные регулярные контакты с западными коллегами.
– Как защищаться? По моему глубокому убеждению, защита должна базироваться на хорошем изучении биологии, – заметил Гниненко.
Тем более что, попадая в новые климатические условия, некоторые «пришельцы» начинают вести себя нетрадиционным образом, загадывая загадки российским исследователям. В настоящий момент ученые обеспокоены перспективой проникновения из Америки златки, специализирующейся на уничтожении березы. Дело в том, что российские березы, посаженные в США и Канаде, американская златка благополучно уничтожила.
На основе знаний о биологии инвазивных организмов, продолжил Юрий Гниненко, нужно разрабатывать химические и биологические способы защиты. Понятно, что самый безопасный для экосистем способ защиты – это энтомофаги – насекомые, питающиеся вредителями. Причем энтомофаги должны быть «родными» иностранным вредителям, то есть из мест традиционного обитания инвазивных организмов.
В США, рассказал Гниненко, первое, что сделали для защиты ясеня, – это нашли необходимые феромоны и расставили для отслеживания ситуации феромонные ловушки. Затем американцы подобрали препараты для внутристволовых инъекций. Третьим этапом стало строительство завода для производства нужных энтомофагов в промышленных объемах. Конечно, энтомофаги окончательно «иностранцев» победить не в силах, но существенно замедляют темпы их распространения, снижают ущерб от их разрушительной деятельности, а на некоторых локальных территориях способны полностью защитить насаждения, считает ученый.
Юрий Гниненко так красочно расписал трагические для леса последствия от нашествия инвазивных организмов, что глава Рослесхоза Владимир Лебедев обеспокоенно задал вопрос:
– Что же останется от наших лесов?
– Самый никем не повреждаемый вид – это клен. Его вообще никто не ест, – мгновенно нашелся ученый.
Чувствовалось, что выступление ученого на главу Рослесхоза произвело неизгладимое впечатление.
– Заходишь в лес. Дуб весь поражен, смотреть страшно… Начинаешь смотреть на сосну, стоит зеленая сосна, хвою жрут, через два года она засохнет, начнет умирать. Вы нарисовали перспективу по березе, что ее у нас не будет скоро… Сейчас не знаешь, куда деваться. Сосна повреждена, елки нет, ясень дожирают, ольху кончают, – дал волю эмоциям Владимир Лебедев.
Он считает, что прежде всего необходимо создавать систему отслеживания за передвижением инвазивных организмов и находить эффективные методы борьбы. Лебедева особенно заинтересовала возможность организации производства энтомофагов и, естественно, цена подобного проекта. Юрий Гниненко пообещал сделать необходимые расчеты. Ученые ВНИИЛМа вместе со специалистами Рослесозащиты должны в ближайшее время подготовить свои предложения и передать их в Рослесхоз.
