Владимир Борейко: мысли вслух

На сайте Киевского эколого-культурного центра опубликовано несколько интервью Владимира Евгеньевича Борейко кореспонденту Казимиру Савицкису. Почитайте, – прямая речь дает возможности луше понять Борейко, / большинство лесников видит в  Борейко врага лесного и охотничьего хозяйства/,  как гражданина, специалиста, философа и просто человека…М.П.

Владимир Борейко: Экологическая революция — это экзамен совести человечества

Наш корреспондент Казимир Савицкис беседует с известным украинским защитником дикой природы, экофилософом,
директором Киевского эколого-культурного центра, Заслуженным природоохранником Украины Владимиром Борейко.

В последнее время все чаще стал использоваться термин <экологическая революция>. Так, генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун заявил о необходимости экологической революции с целью снижения выбросов газов, из-за которых возникает глобальное потепление. Министр Минприроды России Ю. Трутнев говорит, что его ведомство готовит экологическую революцию, которая, якобы, заключается в шести новых экологических законопроектах, разработанных чиновниками. Что же такое по вашему экологическая революция?

— Любая революция заключается в радикальных, коренных, качественных изменениях, это скачки в развитии природы, общества или познания. Несколько законов, разработанных чиновниками или уменьшение выброса газов в атмосферу навряд ли могут <потянуть> на революцию. На мой взгляд целью настоящей экологической революции может быть только одно — освобождение природы.

То-есть вслед за освобождением негров, женщин и детей происходит освобождение природы?

— Да, это полный и окончательный процесс, который обязан завершиться освобождением из рабства всех живых существ,
а не только людей.

— В <Экологическом словаре> (2001 г.) экологическая революция трактуется как <ответная реакция человечества на критическое состояние системы <человек-биосфера>. Как по вашему можно толковать этот термин?

— Приведенное в словаре толкование очень размытое и неточное. Ведь ответной реакцией на экологический кризис могут быть и реформы, и эволюция. На мой взгляд экологическая революция — это радикальные, качественные изменения, выражающиеся в освобождении природы путем предоставления ей прав и становлении экологической демократии. При экологической демократии будут гарантироваться конституционные ограничения власти большинства путем гарантий определенных личных или групповых свобод меньшинства — животных, растений, микроорганизмов, экосистем. Построение экологической демократии потребует реализации всеобщего избирательного права и пропорциональной избирательной системы для учета интересов не только людей, но и остальных живых существ, граждан данной страны.

— Однако революция — это террор, диктатура, термидор, реставрация. Вы согласны с таким ходом событий?

— Нет. Недавние <цветные> и <бархатные> революции показали, что они чем дальше, тем больше очищаются от крови и теснее увязываются с борьбой за права человека и качество его жизни.

— Какие требования может выдвигать экологическая революция?

— Главное требование — это освобождение природы, заключающееся в предоставлении ей прав. Эти права должны быть закреплены в Конституции страны, ее законах и судебной практике. Другими требованиями могут быть предоставление 30 %-50% территории страны дикой природе, прекращение видового террора, <реабилитация> животных – <вредителей>, запреты различных развлечений, связанных с грубым нарушением прав природы — спортивной охоты, корриды, боев животных, цирков, зверинцев, дельфинариев, а также опытов над животными, звероферм, крупных сельскохозяйственных комплексов, производства фуа-гра. Все охотничьи общества должны быть распущены.

— Признание прав природы — главная задача экологической революции. А что такое права природы?

— Права природы — это естественные законы (потребности) природы и живых существ, воплощенные в законодательстве и правовой культуре людей. Например, любому виду растения или животного для существования необходимо жизненное пространство. Значит, они должны иметь право на существование.

— Революция предполагает смену власти, наличие класса – гегемона, разрушение производственных отношений, утративших стимул развития производительных сил. Как тут быть в случае с экологической революцией?

— Это все в большей степени (хотя и не на сто процентов) касается революции политической. Я не уверен, что экологическая революция будет революцией политической. К тому же, она может свершиться и сверху, при помощи правительства, пошедшего на такие радикальные реформы как освобождение природы. Следует сказать, что кроме политических революций существуют еще революции культурные, социальные, промышленные, демографические, научные. Экологическая революция больше относится к революции социальной.

— Какой класс, по вашему мнению, может стать зачинателем экологической революции?

— Простой народ — рабочие, крестьяне, мелкие чиновники редко проявляют интерес к какой-либо идеологии. Они стремятся только к улучшению своего материального положения. Идеология — это удел думающих людей, интеллигенции. Именно идеалистические представления интеллигенции становятся идеалами новой революции. Экологическая революция будет вдохновляться известными идеалами свободы, справедливости, защиты прав, уничтожении рабства — однако уже в отношении природы.

Причем коренное отличие экологической революции от всех остальных будет заключаться в том, что она свершится не для людей, а в интересах других живых существ и дикой природы. За счет даже некоторого ограничения интересов и прав самих людей. Примерно так белые американские аболиционисты боролись не за себя, а за права темнокожих рабов. Это был экзамен совести. Теперь такой экзамен совести человечество обязано сдать второй раз.

— И вы в это верите?

Отменить законы исторического развития (и изменения общества через социальные и политические революции – один из таких законов) невозможно. Как правило, революции случаются внезапно. Конечно, сейчас, когда нас вокруг окружает  асплодившийся необычайно быдло-класс, думающий только о своем пузе и плотских утехах, рассуждения об экологической революции смахивают на несбыточное фантазерство. Какие еще права природы, кому они нужны? Но это совсем не означает, что уже сейчас
среди нас не растет контрэлита, готовая и способная выступать в роли вожака экологической революции.

Тем более что роль Интернета и новых информационных технологий возрастает с каждым днем. Это расширяет возможности ведения экологической пропаганды, выработки новых ценностей, мобилизации союзников и управления революционным процессом. Очень важный момент — моральное состояние общества. В стране, где деньги являются мерилом всех ценностей, а понятия справедливости, милосердия и добра нивелированы — навряд ли происходит экологическая революция.

Вместе с тем развитие экологической этики и экологической философии создало довольно серьезную теоретическую базу для развития экологической революции. Прежде всего это работы таких выдающихся экофилософов как Том Риган, Питер Сингер, Арне Нейс, Олдо Леопольд, Пол Тейлор, Холмс Ролстон III, Юджин Харгроув, Генри Торо и другие. Одним из предвестников экологической революции является специфическая природоохранная деятельность — экотаж (экологический саботаж). Цель
экотажа сделать экологически вредные действия экономически невыгоднами.

Идеология экотажа опирается на то, что в природе и мире существуют высшие законы, которые главнее законов того или иного государства. Они находятся в иной среде. Их можно назвать законами природы. Однако, если государственные законы находятся в противоречии с законами природы, с этим нельзя мериться. Их нужно отменять, или нарушать. Как сказал Генри Торо, — <если
закон нарушает справедливость, то нарушается закон>. В Великобритании, США, Канаде, Австралии уже появились защитники природы, готовые ради блага редких животных или экосистем жертвовать своим здоровьем или даже жизнью. Я верю, что эти люди разбудят общество, которое станет готово к проведению экологической революции.

— Это нужно делать для того, чтобы приблизить экологическую революцию?

Во-первых, преподавать экологическую этику. В Украине, кстати, мы добились благодаря утвержденному при нашем участии закону и двум выигранным судам, что Министерство образования и науки рекомендовало вузам и школам ввести в свои программы предмет <Экологическая этика> по выбору. В итоге в нескольких вузах Украины с 2010 г. уже стали читать курсы по экологической этике. Во-вторых, необходимо насытить Интернет качественными материалами по экологической этике и правам природы. Чтобы любой человек, заинтересовавшийся этой темой, быстро мог получить самую разнообразную информацию. Пока же в русскоязычном Интернете, например, по правам природы имеется, к сожалению, всего лишь несколько ссылок. В третьих, воспитывать человеке доброжелательность, сострадание, сочувствие, уважение к животным и растениям. Известный гуманист Г.С. Солт писал еще в начале 20 века: < Вместо того, чтобы поощрять в себе тупую бесчувственность, близкую к жестокости, мы должны были бы развивать в себе более высшие и отзывчивые нравственные инстинкты.

И из того, что весь путь не может быть совершен сразу, не следует, что мы не должны сделать первые шаги>.

http://ecoethics.ru/%D0%B2%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80-%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%B9%D0%BA%D0%BE-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D1%80%D0%B5%D0%B2%D0%BE/#more-7358

Владимир Борейко: дикая природа — любите и не приближайтесь

Наш корреспондент Казимир Савицкис беседует с известным украинским защитником дикой природы, экофилософом,
директором Киевского эколого-культурного центра, Заслуженным природоохранником Украины Владимиром Борейко.

— В 2002 г. в популярном российском журнале <Новый мир (? 7) вы опубликовали эссе <Дикая природа:любите или не
приближайтесь Охрана природы как культурное делание и религиозный опыт . Позже электронная версия была размещена в <Русском журнале . Что вы хотели сказать этой работой?

— Меня всегда волновал вопрос — сможем ли мы спасти дикую природу при современной системе, измеряющей счастье количеством товара, сводящей все ценности к единственной — деньгам и рассматривающей природу исключительно как источник сырья? Чем дольше я размышлял, тем больше приходил к отрицательному выводу. Дикую природу нужно рассматривать как высшую реальность, священное пространство, Совершенно Иное, а не как склад вертикально стоящих дров или место отдыха человека. Изучив американский опыт в области охраны дикой природы, а также философию, эсетику, теологию и этику, связанные дикой природой, я написал книгу <Современная идея дикой природы , которая вышла двумя изданиями (2001 г., 2003
г.). Дополненный и расширенный вариант опубликовали в Гуманитарном экологическом журнале (? 2 за 2011 г.) Это была революционная работа на постсоветском пространстве — многие ее встретили в штыки, обвиняли меня в эксплуатации религиозной темы, в идеализации природы. Я ответил им тремя своими книгами <Философы дикой природы и природоохраны (2002 г., 2004 г.), <Художники дикой природы (2005 г.), <Писатели дикой природы (2006 г.), а также переведенной на русский язык книгой американского экофилософа Джека Тернера <Дикость и дикая природа
(2003 г.).

Мы также провели несколько Международных конференций по дикой природе — и общественное мнение немного смилостивилось.

— Почему же так трудно воспринимается идея дикой природы?

Долгое время в общественном европейском сознании дикая природа подразумевалась как место обитания дьявола.

Известный американский ученый, историк Линн Уайт обвинил христианство и иудаизм в двух экологических грехах: в
провозглашении человека покорителем дикой природы и десакрализации дикой природы. И она во многом права. В Библии термин <дикая природа встречается около 300 раз и все его значения являются отрицательными. Как в Ветхом, так и в Новом Завете это словосочетание относится к местам неиспользованной человеком природы, где обитали дьяволы и демоны.

Содержание Старого Завета, полагает американский историк охраны природы и экофилософ Родерик Нэш, свидетельствует
о том, что евреи считали дикую природу проклятой землей и связывали это с недостатком воды. Когда Бог из Старого Завета хотел покарать грешников, он счел условия дикой природы своим наимощнейшим оружием. И наоборот, его наибольшим благословлением было превращение дикой природы в райский сад. Однако история израильтян добавила кое-что новое в иудейско-христианское понимание дикой природы. Опыт 40-летних скитаний израильтян позволил воспринимать дикую природу еще и как убежище от грешного и преследуемого общества. Это — во-первых. И, во-вторых, дикая земля обозначила место для поиска и приближения к Богу. Однако эти новые ценности дикой природы в средние века в Европе воспринимались
немногими.

Долгое время дикая природа представлялась европейцам местом бедствий, недостатков, глубоких страданий, смертельных опасностей. Значимой характеристикой дикой природы было отсутствие в ней прямой полезности.

Владимир Даль определил слово <дикий как <в природном виде состоящий, не обработанный человеком, неручной, необузданный, своенравный, суровый .

К сожалению, в традиционной западной культуре исторически имеется очень мало моделей и традиций, которые ценят дикие местности или говорят о том, что природная дикость может позитивно влиять на людей (чего не скажешь о восточной традиции обожествления дикой
природы).

Герои европейских мифов побеждают своего противника и устанавливают принципы греховности и враждебности дикой природы. Подвиги Геракла направлены против <низменных проявлений дикой природы. Георгий-Победоносец пронзает копьем дракона, Илья Муромец убивает змея и превращает лес в поле. Данко пожертвовал своим сердцем, чтобы вывести людей из <мрачного леса . Дикая природа не вписывалась в модель труда русского крестьянина. Ее образ осуждался церковью. Дикая природа была <трижды чужой для крестьян: она не имела отношения ни к способу хозяйства, ни к вере, ни к имуществу.

Отношение к дикой природе как к пустырю, неудобью, бесполезному, религиозно и эстетически неценному месту, которое обязательно нужно было использовать, покорить, улучшить, возделать, украсить — являлось доминирующим и в СССР.

<Отвратителен дремучий бор, невозделанные степи, неиспользованные водопады — писал в 1923 г. литературовед С. Третьяков.

<Пусть выжжена, вырублена будет тайга, пусть вытоптаны будут степи. Пусть будет так и так будет неизбежно – призывал сибирских писателей литератор В. Зарубин на съезде писателей Сибири в 1926 г.

Биоксенофобию, ненависть в отношении дикой природы постоянно пропагандировали со страниц центральные царство непроходимых болот и мошки (…). Сколько еще пройдет времени, прежде чем люди придут сюда, углубят русла рек и высушат болота, расчистят тайгу, построят дороги, города — писала 2 апреля 1967 г. газета <Правда
.

К сожалению, утопическая идея В.И. Вернадского по преобразованию биосферы в ноосферу, не оставляющая шанса дикой природе, находит поддержку у многих современных отечественных экологов и философов. Так, философ Ю.Школенко сказал: <Будущее местопребывания всех диких животных — зоопарки, всех диких растений — ботанические сады . А другой выдающийся отечественный ученый – известный <зубр -Н.В. Тимофеев-Ресовский призвал человека переделывать, улучшать сообщества в живом покрове земли, то есть заниматься <управлением эволюции . <Зубр предполагал, что наступит время, <когда человек
разрешит проблему равновесия в живой природе .

— Но не все же так относились к дикой природе? Взять хотя бы русских поэтов золотого и серебряного века.

Очень трудно найти русского поэта, не воспевшего красоту природы, особенно природы дикой, не тронутой руками
человека.

Михаил Лермонтов:

Что на земле прекрасней пирамид
Природы, этих гордых гор?
Не переменит их надменный вид
Ничто: ни слава царств, ни их позор,
О ребра их дробятся темных туч
Толпы, и молний обвивает луч
Вершины скал, ничто не вредно им.
Кто близ небес, тот не сражен земным.

Александр Пушкин:

Однако восхищение дикой природой в западной литературе и искусстве, как и в русской, не было такой мощной и влиятельной традицией, как в древней Японии или Китае.

— Но ведь были еще священные языческие рощи?

Древние священные рощи охраняли волю Земли. Они были дикой природой в самом глубоком смысле и наполнены волевой силой, не поддающимся контролю духом. Дикая природа священных рощ формировала духовный священный опыт, наделяя людей чувством величественного. Это благоговение перед свободной природой и сегодня признаем как их духовную традицию — считает американский исследователь Джей Вест.

Божественное уединение рощи казалось язычнику местом почитания, выделенным самой природой, и эти рощи являлись единственными и самыми первыми храмами. Здесь человек <от мира удаленный общался с духами и бессмертными.

— Есть мнение, что дикой природы уже не существует. Якобы вся она давно изменена человеком.

Это касается природы девственной. А дикая природа — это нечто другое. Это место, наделенное силой воли и духом, природа, находящаяся в своевольном, неконтролируемом состоянии, свобода дикой жизни. Причем
основоопределяющее здесь слово — <свобода .

Природа дикая (<свободная ): это — обширные, неуправляемые, неконтролируемые людьми и в значительной степени не модифицированные ими, или способные восстановиться до такого состояния участки земли, где поддерживается долговременное местное биоразнообразие (включая хищников), экосистемные процессы и имеется малоизмененная человеком неживая природа (скалы, дюны, горы, водные источники и т.д.). На этих участках дикая природа воспроизводится без помощи человека,
естественным путем, по <дикому типу, сохраняя саморегуляцию за счет внутренних связей. Участок дикой природы может являться также в некоторой степени культурным ландшафтом, который используется аборигенным народом на протяжении десятков тысяч лет. Территория  дикой природы допускает современное небольшое и ненастойчивое человеческое вторжение, но так, чтобы естественные процессы продолжали эволюционировать. Дикая природа не бывает статической и может иметь несколько степеней ненарушенности человеком.

— Хотелось бы услышать пару слов о свободе дикой природы. Свобода дикой природы — это:

1.Отсутствие внешнего принуждения, контроля и ограничений, накладываемых человеком на дикую природу.

2. Возможность дикой природы действовать в соответствии со своей собственной волей, без каких либо ограничений,
установленных человеком.

3. Способность дикой природы действовать в соответствии со своими интересами и целями, свобода выбора, свобода действия, возможность быть Иным.

4. Защита ее от тирании человеком.

5. Возможность дикой природы пользоваться своими правами.

Свобода есть необходимое условие естественного развития не только человека, но и всего живого.

Будучи свободной, дикая природа сама обладает ценностями свободы, ибо предоставляет человеку три вида свобод. Она
является основным источником интеллектуальной свободы или творчества, духовной свободы или артистического вдохновения, а также политической свободы, так как предоставляет убежище от авторитарного правительства и политического угнетения.

В романе Дж. Оруэлла <1984 правители полицейского государства запретили дикую природу, поскольку она поддерживала свободу мыслей и действий. Этот факт получил историческое подтверждение в СССР в 1951 г., когда Сталин лично подписал постановление о закрытии почти ста заповедников. Вполне возможно, он понимал, что участки дикой природы являются островками свободы – последним убежищем от тоталитаризма.

Уэйленд Дрю исследует три самых выдающихся антиутопических романа своей эпохи (<Мы Евгения Замятина, <Мужественный Новым Мир Хаксли и <1984 Оруэлла) и открывает, что все три работы приводят сравнение между будущей эрой тоталитаризма и архаической эрой первобытности в природе. Только возвращаясь к последней, утверждают писатели, возможно спасение от
тоталитарного преследования, только бегством к свободной природе можно спасти мир.

В последнее время нередко говорится об управлении дикой природой. Однако, с точки зрений здравого смысла и экологической этики управление дикой природы -абсурд. Во-вторых, управляя дикой природой, мы тем самым лишаем ее главного свойства — свободы и превращаем дикую природу в прирученную.

Дикая природа — это также горные пики, морские бездны, самые дальние полярные льды, дожди, засухи и все тому подобные вещи, еще не запертые в управленческие графики человеческой организации.

Далее, для управления необходимо достаточное знание. Однако, как считают многие ученые, на большинство научных проблем дикой природы ответы так никогда не будут найдены. Поэтому люди никогда не достигнут надлежащего уровня технического развития, необходимого для управления дикой природой без непредвиденных побочных явлений. Дикая природа всегда будет <знать лучше .

Помните, еще М. Булгаков в <Мастере и Маргарите писал: – — <Как же может управлять человек, если он не только лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, ну лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день .

Что касается природы окультуренной, лишенной <дикости , такие улучшения конечно, нужны. Однако подобное утверждение ни в коем случае нельзя отнести к дикой природе. Фауна и флора, улучшаемые и управляемые научно, и фауна и флора, управляемые и улучшаемые природой — это противоречивые понятия, логическая нелепость.

— В своих работах вы утверждаете, что дикая природа является еще и природой священной?

Идея о том, что дикая природа может быть священной и хорошей, была возвращена Западу движением Романтизма.
Жан-Жак Руссо писал, что <святость лежит в неукрашенной природе , а американский путешественник Эствин Эвенс заявил в 1818 г., что <существует нечто в самом имени дикой природы, которое очаровывает слух и успокаивает человека. В нем содержится религия! . Религиозное переживание на лоне дикой природы предполагает ощущение чуда в дикой природе, ощущение нового понимания и новых ценностей дикой природы, ощущение святости дикой природы. Сакральность дикой природы должна связываться с загадкой, таящейся за барьером недоступности и с чувством невольного уважения и восхищения, рождаемого дистанцией и специфической обстановкой восприятия дикой, природы, а не с отправлением культов.

Величественные ландшафты дикой природы являлись редкими местами, где у человека было больше шансов, чем где-
либо, мельком увидеть лицо Бога. Бог был на вершине горы, в пропасти, в водопаде, в грозовом облаке, в радуге, в закате.

— Что такое современная идея дикой природы?

Без новых идей и концепций мы обречены вновь и вновь повторять старые ошибки. Созрела необходимость определения идей, отстаивающих дикую природу вообще, как некогда разработанная философия человеческой свободы стала основой конкретных гражданских прав. Одной из таких свежих и перспективных идей является современная идея дикой природы, которая, в конечном счете, наиболее радикальная идея человеческой мысли, более радикальная, чем идеи Пейна, Маркса, Мао.

Это великая пан-культурная идея, к которой рано или поздно придут все народы. Если в какой-либо культуре пока еще нет концепции дикой природы, то это лишь дело времени. Возможно, культура, которая не имеет ее, пока не смогла ее открыть, принять или не нуждается в ней. Как политическая идея, как культурный идеал понятие <дикая природа моложе, нежели относительно новое понятие прав человека.

Современная идея дикой природы — это идея спасения всей оставшейся дикой природы на Земле. Дикая природа — для
дикой природы. Недостаточно защищать немногие оставшиеся участки свободной природы. Необходимо отвести ей огромные области, сейчас используемые человеком. Нужно убрать оттуда людей и машины, рекультивировать дороги и распаханные земли, освободить скованные плотинами реки. Пусть туда вернутся корабельные сосны, орлы, волки и медведи.

— И как она реализуется на Западе?

К 2005 г в США под систему участков дикой природы отведено около 106.498.016 акров. Это 677 участков, находящихся в 44 штатах США, что составляет 4,7% площади страны На них практически полностью прекращена хозяйственная деятельность. Гидростроительство. Опрос, проведенный в США в 1998 г. показал, что две трети избирателей поддерживают охрану участков дикой природы. В Австралии, как показали социологические исследования, проведенные в 1996 г., большинство населения ценит области дикой природы и обеспокоено их охраной. Многие согласны с тезисом, что <дикая природа должна быть сохранена ради нее самой, а не потому, что люди хотят ее использовать . И только 12% опрошенных считает, что <экономическое развитие является более важным, чем сохранение дикой природы . В 1993 — 1994 годах в Канаде провели опрос с целью выяснить, что является символом этого государства. Национальные парки заняли третье место после флага и гимна Канады, обогнав даже известный во всем мире канадский хоккей. Подобный подход позволяет довольно быстро и в масштабах всей страны взять под учет и охрану государства многие имеющиеся еще не заповеданные территории ненарушенной человеком природы. В 1964 г. в США приняли закон <О дикой природе . В 1973 г. подобный закон о дикой природе принят в Канаде. В Австралии закон о дикой природе принят в 1987 г. штатом Новый Южный Уэльс и в 1992 г. штатом Южная Австралия, в 1986 г. в этой стране начата национальная инвентаризация участков дикой природы. В 1991 г. закон о дикой природе принят в Финляндии, которым выделено 12 областей дикой природы.

Концепция дикой природы получила в США расширение в Законе о диких реках.

Американцы пришли первыми к понятию <дикая река , осознав ее значимую ценность. Согласно их подходу, дикой рекой называется река или часть ее, являющаяся свободно текущей, свободной от водохранилищ, не имеющая никакого доступа кроме пешеходных троп, с водосборами или береговыми линиями, находящимися в основном в неизменном состоянии и с незагрязненными водами. Дикие реки можно посещать только пешком, на лошади или лодке. Термин <свободно текущая (в естественном состоянии), применительно к любой реке или части реки означает поток, существующий или текущий в естественных условиях без запруд и изменений русла, отводов, спрямлений, каменной насыпки или других изменений водного потока.

Согласно Закону <О диких и живописных реках , принятому в США в 1968 г., на этих реках запрещается строительство плотин, водоводов, водостоков, электростанций, линий электропередач и других объектов, а также добыча полезных ископаемых в ложе реки, на ее берегах или в четверти мили от берега. Дикие, живописные и рекреационные реки должны обладать выдающимися
эстетическими, рекреационными, геологическими, историческими, культурными ценностями и биоразнообразием. В 1993 г. этим законом в США уже охранялось 153 реки (участка) длиной около 18000 км (с прилегающими 4 млн. га долин (0,33% от всех рек в США).

— Но ведь есть еще дикая природа космоса?

Отдельный и уже вполне реальный вопрос. Для начала надо хотя бы защитить поверхность Луны, Венеры. Вряд ли правильно превращать их в космические свалки. По-видимому, уже пришло время создавать специальные космические заповедники и другие охраняемые природные территории, разрабатывать философию и идеологию защиты космоса, утверждать официальные законы по защите космического пространства.

— Не кажется ли Вам, что американская идея дикой природы
очень близка по духу к русской идее абсолютной
заповедности?

И та и другая направлены на защиту дикости дикой природы.

Дикость — это свойство, способность свободной природы оставаться в диком состоянии. Оно — нецивилизованное и
неконтролируемое качество. <Дикое — это самое жизненное — сказал Г. Торо. Дикая природа — это место, дикость – это качество. Английский философ Джейн Беннет считает, что <дикость является неисследованным, неожиданным и необъяснимым чуждым измерением чего-либо .

Идея абсолютной заповедности — это идея свободы дикой природы и ее дикости, то есть спонтанного развития и качества. Абсолютная заповедность — идеальное условие существования дикой природы в современном и особенно в будущем мире. Цель абсолютной заповедности — защита права дикой природы на существование, процветание и свободу. Это идеальный режим, направленный на сохранение спонтанного развития естественных природных экосистем. Абсолютная заповедность — это когда дикой природе дозволено все. Главное требование абсолютной заповедности — отойди и никогда ничего не трогай.

Любопытно, что американский экофилософ Д. Тернер самостоятельно приходит к идее абсолютной заповедности, высказанной век назад русским ученым Г.А. Кожевниковым:

<Почему не работать над тем, чтобы выделить обширные области, где мы будем ограничивать все формы человеческого влияния: (…) никаких дорог, никакого наблюдения со спутников, никаких облетов на вертолете, никаких радиоошейников, никаких измерительных приспособлений, никаких фотографий… Пусть любая среда обитания, которую мы можем сохранить, как можно больше возвращается к своему собственному порядку. Пусть дикая природа снова станет белым пятном на наших картах .

Конечно, полная свобода дикой природы, как и полная заповедность, имеет смысл только с абсолютной точки зрения. Эта теория — идеал. Она не есть достижимая цель, а только направление движения.

Более подробно эти идеи я высказал в своей недавней
книге <Заповедники, заповедность и живородящий хаос
(2010 г.), которая сейчас переиздается в Польше.

— А какобстоят дела с реализацией современной идеи дикой природы в других, не англоязычных странах?

В 2008 г. в Эквадоре были утверждены поправки к Конституции, закрепившие право дикой природы на существование. Это является революционным прорывом. Как говорится, лиха беда начало:

— Что необходимо делать, чтобы охрана дикой природы стала реальностью?

Для того, чтобы идея дикой природы была понятна и поддерживалась населением, его нужно обучать ценностям дикой природы. Целью чего должно быть не внушение, а объяснение. Усвоение ценностей дикой природы будет способствовать принятию людьми экологически верных решений по отношению к участкам дикой природы.

В популяризации современной идеи дикой природы большое значение имеет не столько распространение экологических знаний, сколько моральных норм. Здесь особенно важен воспитательный, а не только образовательно- просветительский эффект, воздействие на эмоциональную составляющую. Мифопоэтические аргументы могут отчасти дать реальный толчок к социальному изменению действий людей по отношению к дикой природе.

Создание культа дикой природы может заключать в себе формирование моды на защиту флоры и фауны, осознание населением священности участков дикой природы, рекламу <живых символов страны и ее регионов, пропаганду соответствующих стереотипов реального поведения.

Мы, природоохранники, не имеем иного выхода, как сражаться за свободу последних оставшихся участков дикой природы, ценностей, которые мы считаем незаменимыми. Если же мы перестанем это делать, то нам останется лишь сложить свои полномочия.

http://ecoethics.ru/%D0%B2%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80-%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%B9%D0%BA%D0%BE-%D0%B4%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%BB%D1%8E%D0%B1%D0%B8%D1%82/#more-7360

Экологическая этика – это ограничение прав человека ради прав природы.

Наш корреспондент Казимир Савицкис беседует с известным украинским защитником дикой природы, экофилософом, Заслуженным природоохранником Украины, директором Киевского эколого-культурного центра Владимиром Борейко.

– Ваш Центр чуть ли не первым на постсоветском пространстве обратился к экологической этике: начиная с 2000 г. вы провели серию международных семинаров по экологической этике, ваша книга «Прорыв в экологическую этику» выдержала уже 4 издания, ваш международный Гуманитарный экологический журнал, рупор идей экологической этики, выходит уже 12-й год. Вы довольны успехами?

В принципе программу- минимум мы выполнили – познакомили нашу пост-советскую аудиторию с идеями экологической этики, переведя и опубликовав сотни работ зарубежных авторов. На базе этих публикаций в постсоветских странах уже защищены десятки диссертаций по экологической этике, в экофилософский дискурс мы ввели такие еще совсем неизвестные понятия как «права природы», «видовой террор», «экологический императив», «экоэтический идеал», «формула экологической морали» и т.п.

В Украине, благодаря нашим стараниям, Министерством образования утверждены курсы по экологической этике по выбору для школ и вузов. То-есть, начало уже заложено. Теперь необходимо вводить принципы и требования экологической этики в практику.
– Наверное это самое сложное?

Экологическая этика в общих чертах уже разработана западными экофилософами. Есть теоретическая, нормативная ее части. Но современная практика обращения с природой, особенно в наших странах, остается варварской, средневековой. Поэтому внедрение каких-либо экоэтических идей в жизнь происходит с огромным трудом. Взять тот же видовой террор, когда государственные институты ставят своей целью полное уничтожение какого-либо «вредного» вида животного – волка, грача, серой вороны, сороки.

– Чем экологическая этика отличается от этики, скажем, бизнеса?

Этика бизнеса регулирует этические отношения между бизнес-партнерами, экологическая этика – между человеком и природой. Экологическая этика- это учение об этическом отношении человека к природе, основанном на восприятии природы как члена морального сообщества, морального партнера (субъекта), равноправии и равноценности всего живого, обязанностей человека перед природой, а также ограничении прав и потребностей человека. Экологическая этика разрабатывает моральные ценности ответственного отношения к природе и претворяет их в жизнь.

– То-есть?

Один из отцов экологической этики, американский эколог Олдо Леопольд писал, что экологическая этика состоит в ограничении свободы действий в борьбе за существование. Человек должен добровольно ограничить свои права и потребности ради прав и потребностей других видов живых существ. Конкретный пример — наши заповедники. Человек добровольно запрещает себе заходить на заповедную территорию, дабы не тревожить обитателей заповедника. Правда сейчас, в век необыкновенно бурного роста меркантильных настроений, этот запрет хотят завуалировать или вообще снять, но это уже совсем другая история.

– В чем суть экологической этики?

Если говорить очень коротко, то экологическая этика открывает шлагбаум и включает в человеческое моральное сообщество всех без исключения живых существ с экосистемами в придачу, а также землю и звезды. Из объектов они становятся субъектами морали и права. Экологическая этика доказывает, что все живые существа, экосистемы, Земля и звезды являются членами морального сообщества человека. Кроме этого, экологическая этика разрабатывает и обосновывает определенные моральные нормы, принципы и правила взаимоотношения человека с природой.

К таким принципам можно отнести:
1) принцип невмешательства;
2) принцип невредительства;
3) принцип соблюдения прав природы;
4) принцип справедливого возмещения.

– Экологическая этика – это биоэтика или совершенно другая дисциплина?

В Википедии биоэтика определена как учение о нравственной стороне деятельности человека в медицине и биологии. К ключевым вопросам биоэтики относятся эвтаназия, пересадка органов, аборты, клонирование, суррогатное материнство, евгеника и многие другие очень важные вещи, связанные с лечением и биологией человека. К сожалению, некоторые зоозащитники, с легкой руки выдающейся московской зоозащитницы Т.Н. Павловой, неверно именуют экологическую этику биоэтикой.

– Вы верите, что человечество может добровольно ограничить свои права и свободы ради природы?

Отдельные люди – нет, человечество в целом – возможно. История аболиционизма в США показывает, что находилось много белых людей, желающих облегчить жизнь негров-рабов. Причем, в том числе, путем ограничения своих прав и потребностей. Приведу пример из новой истории. Наш Центр вступился за ястребов, которых безжалостно уничтожают украинские голубятник. В определенной мере я их понять могу – ястреба ловят их любимых породистых голубей.

Но, с другой стороны, ястреба занимаются этим «разбоем» без злого умысла. А потому, что такими их сделала Мать-природа. Конечно, определенная часть голубятников, исповедывающих примитивную местечково-хуторянскую мораль продолжает видеть в ястребах своих злейших врагов. Однако, есть среди них и такие, до которых дошли наши аргументы, и они уже не поднимают ружье против ястребов. Это вселяет надежду.

– Согласен с вами, что сейчас очень важно разработать и внедрить механизм реализации экологической этики. Каким он может быть?

Это лоббирование экоэтических законов, подача исков в суд по экоэтическим вопросам, разработка и утверждение экоэтических кодексов, экоэтической сертификации, создание экоэтических комитетов и комиссий, проведение экоэтической экспертизы и экоэтического аудита, создание общественных организаций, занимающихся экологической этикой, проведение круглых столов, дискуссий по экоэтическим проблемам.Очень важным мне видится научное обоснование и разработка индикаторов «этичности» в охране природы, а также критериев экоэтической экспертизы, написание и издание книг по экоэтическому поведению.

Конкретный пример — разработанный нами Закон Украины о запрете капканов и ядов (утвержденный в июне 2011 г.) кардинально меняет практику обращения с дикими животными (а не только с охотничьими – как это было раньше). Кроты, землеройки, слепыши, которые до этого сотнями тысяч уничтожались огородниками кротоловками и ядами на своих огородах – теперь обретают юридическую защиту. Таким образом закон распространил важнейший принцип экологической этики – защиту прав животных на эти беззащитные живые существа. Вне зависимости от их пользы или вреда для человека. На мой взгляд – в этом заложен очень важный индикатор «этичности». Когда животные защищаются потому что они красивы, любимы, хозяйственно полезны, — это хорошо, но не совсем справедливо и этично. А вот когда они защищаются вне зависимости от пользы или вреда для человека – это прекрасно, этично и справедливо.

– Некоторые зоозащитные общества концентрируют свое внимание на защите особи животного, а не вида в целом. Правильно ли это?

На мой взгляд, действия в отношении каждого из живых существ необходимо осуществлять в контексте выживания вида в целом, стараясь не подвергать при этом риску благополучие отдельных особей. Хотя, как считает известный американский экофилософ Холмс Ролстон III – ужасным в современном уничтожении природы «является не потеря ресурсов или деталей, но поток убийств и равнодушие в отношении жизненных форм и сил, их производящих».

Причем, несмотря на видимый технический прогресс за последние 15-20 лет, в этическом плане население ряда постсоветских стран деградирует. В Украине, а также России, Беларуси, где я часто бываю, это чувствуется особенно. В этих двух странах до сих пор не приняты законы по защите животного от жестокого обращения. Это национальный позор!

– Хотелось бы задать вопрос о микробах и вирусах. Они тоже подлежат этическому отношению со стороны человека?

К сожалению, практическая защита микроорганизмов пока находится вне экологической этики и природоохранного права. Хотя в России в Красную книгу определено заносить не только животных и растений, но и другие живые существа. Несомненно, все живые организмы, в том числе микробы и вирусы, требуют нашего этического отношения. Может быть пока не на уровне особей, но точно – на уровне видов, даже вредоносных. Да, численность вредоносных видов микроорганизмов нужно максимально возможно ограничивать, но не уничтожать совсем. По мнению американского микробиолога и этика Чарльза Кокелла, пришла пора создавать организации, направленные на охрану микроорганизмов. Есть Британское общество охраны ежей, но нет общества защиты микроорганизмов. Кстати, мы сейчас лоббируем поправку к закону «О Красной книге Украины», желая восстановить справедливость и взять под охрану редкие виды микроорганизмов.

– Очень важный вопрос – этические проблемы спасения животных, растений во время военных конфликтов.

В период войн и стихийных бедствий оказываются разрушенными механизмы законодательной и социальной защиты природы. Уничтожаются зоопарки, ботанические сады, заказники и национальные парки. Женевская Конвенция защищает людей, но не защищают природу во время войны. С позиции же экологической этики, права природы, как и права людей, должны защищаться во время военных конфликтов. Для начала хотя бы это касалось занесенных в Красную книгу видов.

Требует также осуждения использование животных в военных целях- лошадей, верблюдов, собак, дельфинов и других «добровольцев». Вот, действительно, люди войны придумывают организовывают, а причем тут животные, по какому праву они должны отдуваться?

– Как обстоят сейчас дела с экологической этикой на постсоветском пространстве?

В Украине, Беларуси, России, Литве, Киргизии, Азербайджане с начала 2000-х годов появились люди, которым интересна экологическая этика. Они преподают в вузах (а некоторые и читают курс «Экологической этики»), возглавляют зоозащитные или экологические общественные организации.

Их совместными усилиями изданы первые сборники статей по экологической этике в Минске, Вильнюсе и Москве. В Минске и Киеве проведено несколько интересных семинаров, под Москвой нескольуо лет проходила Международная школа по экологической этике, которую организовывал Мордовский университет. К сожалению в последнее время, из-за затяжного финансового кризиса, да и общего падения интереса к науке как таковой, эта деятельность несколько приутихла.

Проблема еще заключается в том, что крупные и широко известные международные экологические организации – МСОП, ВВФ, Гринпис экологической этикой не интересуются (ВВФ вообще в последнее время стал антиэкологичен), а международные фонды гранты на экологическую этику практически не дают. Различные отечественные институции – министерства, ведомства также не заинтересованы в экологической этике. И это в то время, когда мораль и нравственность в наших странах тают как шагреневая кожа. Россия, например, вышла на первое место в мире по потреблению наркотиков и по педофилии. Но особенно поражает всеобщая апатия и нежелание иметь свое частное мнение и не во что не вмешиваться, что, в общем-то, генетически свойственно нашему народу, много сотен лет назад пригласившего княжить в Киев варягов такими словами: «Княжите и владейте нами. Мы радостно обещаем общую покорность. Весь труд, все унижения, все жертвы мы берем на себя; но мы не судим и решаем».

– Что необходимо для развития экоэтической этики в наших странах?

Крайне важно, чтобы сообщество экоэтиков, которое зародилось в постсоветских странах, продолжало функционировать: следует проводить конференции, издавать совместные сборники, встречаться, переписываться, обмениваться опытом, читать студентам курсы по экологической этике, растить молодых специалистов в данном направлении. То-есть сообщество экоэтиков должно жить точно так, как живут представители других научных сообществ – математики, физики, химики. Для этого есть много плюсов – понятный для всех русский язык, на котором все могут свободно общаться, довольно близкие расстояния между нашими странами, отсутствие визового режима и т.д. Понятно, что создать подобное экоэтическое сообщество с американцами или англичанами (даже соседями поляками) – практически невозможно.

Однако в нашем отечественном экоэтическом сообществе меня смущает некая изолированность, академичность, отрыв от реалий природоохраны. Читаешь статьи некоторых экоэтиков, и вспоминаешь слова классика «страшно далеки они от народа».

На мой взгляд, нет смысла пережевывать вещи, давно уже высказанные классиками экоэтики, гораздо интереснее и важнее внести свою лепту в развитие ее нормативной части. Например, очень важным является разработка «индикатора экоэтичности» для разных сфер человеческой деятельности, выявление критериев, по которым может проходить экоэтическая экспертиза, обоснование, какие виды обращения с животными и растениями можно считать жестокими и их следует запретить, разработка перечня прав животных, растений, микроорганизмов, экосистем, природы в целом.

– Могут ли существовать индикаторы «этичности» для заповедников?

Закон определяет правовые рамки функционирования заповедников, однако законом все не предусмотришь. Некоторые сферы деятельности заповедников могут и должны контролироваться моралью, для чего и должны быть разработаны индикаторы «экоэтичности» для заповедников.
Например, —
1) Невмешательство в дикую природу заповедника;
2) Отсутствие коммерциализации и криминализации деятельности;
3) Природоцентризм взглядов руководства и коллектива, знание ими экологической этики;
4) Гуманность методов науки и просвещения;
5) Минимизация гибели диких животных и растений во внутренне-хозяйственной деятельности;
6) Эффективность борьбы с нарушением заповедного режима.

– Вы являетесь автором первых в СНГ учебных пособий по экологической этике для вузов и школ. Разработанный вами (совместно с Б. Васильковским) школьный курс «Экологическая этика и гуманное отношение к животным и растениям» утвержден Министерством образования Украины. Ваше мнение по этому вопросу?

Уверен, что до тех пор, пока в наших странах не будет достаточно подготовленных преподавателей для чтения экологической этики в вузах и школах, как и самих учебников, введение обязательного курса «Экологической этики» преждевременно. Пусть экологическая этика пока преподается, как у нас в Украине, по выбору, отдельными преподавателями-энтузиастами. Необходимо время, чтобы приобрести необходимый дидактический опыт, обобщить его, подготовить преподавателей. К слову сказать, даже сдвинуть наше Министерство образования на то, чтобы читался такой курс по выбору, нам пришлось вписать это требование в Закон Украины «О защите животных от жестокого обращения», а затем на его основе выиграть два суда у этого Министерства.

– Как я понял, сторонниками экологической этики на постсоветском пространстве в основном являются университетские преподаватели социальных дисциплин. А как природоохранные чиновники, представители экологических и зоозащитных общественных организаций?

Мне не известно не одного случая, чтобы чиновник Минприроды или каких-либо других природоохранных государственных органов реально поддерживал развитие экологической этики. Их современная идеология – это ресурсизм, умноженный на рыночную экономику. Многие общественные экологические организации больны той же убогой идеологией. Хотя постепенно среди них появляются очень талантливые экоэтики. Например, председатель Майкопского отделения ВООП Валерий Бриних, не так давно приобщившийся к экологической этике, написал несколько интересных статей о правах природы.

Зоозащитные организации, в отличии от экологических, более восприимчивы к идеям экологической этики. Хотя их образовательный уровень пока очень низок. В 2011 г. я прочел украинским зоозащитникам серию лекций по разным направлениям защиты животных. Это очень отзывчивая, интересующаяся и благожелательная аудитория. Если с ней работать системно – зоозащитники могут превратиться в настоящих апостолов экологической этики.

http://ecoethics.ru/%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D1%8D%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D1%8D%D1%82%D0%BE-%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%B8/

Идея абсолютной заповедности — гордость России

Наш корреспондент Казимир Савицки беседует с известным украинским защитником дикой природы и активным деятелем заповедного дела, директором Киевского эколого-культурного центра, Заслуженным природоохранником Украины Владимиром Борейко.

— У нас в Литве, с развалом Советского Союза, все заповедники реорганизованы в национальные парки, а в Украине они остались. Какой вариант на ваш взгляд предпочтительнее?

— Различные виды охраняемых природных территорий репрезентируют собой разные идеи или концепции заповедного дела. Памятники природы — это немецкая концепция, разработанная в 1903-1908 гг. немецким природоохранником Гуго Конвенцем. Она была направлена на сохранение уникальных и небольших по территории творений природы — старых деревьев, скал, водопадов, озер, имеющих высокую научную и эстетическую ценность, и не обязательно сохранившихся в девственном состоянии. Национальные парки воплотили в себе американскую концепцию, разработанную в конце 19 века американским природоохранником Джоном Мюиром. Они создавались на значительной, нетронутой человеком природной территории, имеющей большую эстетическую и рекреационную ценность. Первые американские национальные парки организовывались для «развлечения и отдыха нации».

Заповедники представляют русскую концепцию заповедного дела. Ее отцом считают профессора-зоолога Московского университета Григория Александровича Кожевникова. Идею заповедников он обосновал в 1908-1928 годах. По его мнению, они должны создаваться на значительной, неизмененной человеком природной площади для проведения долговременных мониторинговых научных исследований и защиты права дикой природы на существование (вторая цель заповедников по идеологическим причинам в советское время не называлась). Для того, чтобы добиваться поставленных перед ними целей, в заповедниках должен быть осуществлен режим абсолютной (полной) заповедности. Этот уникальный режим обеспечивался за счет:

■довольно большой площади;

■наличия охранной зоны вокруг заповедника;

■запрещения прохода и проезда через заповедник;

■запрещения любого хозяйственного использования дикой природы;

■запрещение любого прямого и непосредственного вмешательства в ход природных процессов и явлений в заповеднике;

■объявления заповедного режима навсегда.

В более-менее полном объеме идеи Г.А. Кожевникова о заповедниках и абсолютной заповедности были реализованы в России, Украине, Беларуси, а позднее в Советском Союзе.

Я считаю, что не следует противопоставлять немецкую, русскую или американскую концепции заповедного дела друг другу или отдавать приоритет одной из них. Как говорят японцы: — «пусть расцветет сто цветов». Природа, да и человек, от этого только выиграют. То, что в Литве это не поняли — очень плохо. Стараясь разрушить все русское и советское, уничтожили и заповедники, которые не имели никакого отношения к политике. Точно также можно было сжечь «Войну и мир» Толстого и пьесы Чехова только за то, что их авторы — русские писатели.

— Расскажите пожалуйста об идее абсолютной заповедности.

— Идея «абсолютной заповедности» и «заповедник» — это сугубо русские изобретения, такие же как «спутник» или «перестройка». Россия должна бы ими гордиться, ведь именно русские ученые первыми додумались до такой радикальной территориальной формы охраны природы и первыми ее осуществили.

Идея (концепция) абсолютной заповедности (принцип абсолютной консервации) была разработана известными русскими учеными — Г.А. Кожевниковым, Н.Ф. Реймерсом, А.М. Краснитским, Ф.Р. Штильмарком и С.А. Дыренковым. Г.А. Кожевников первым высказал мысль об абсолютной заповедности: «всякие меры, нарушающие естественные условия борьбы за существование, здесь недопустимы. Не надо ничего устранять, ничего добавлять, ничего улучшать. Надо предоставить природу самой себе». На ее основе последователи Кожевникова уже разработали довольно стройную и убедительную концепцию абсолютной заповедности.

Теперь можно сказать, что абсолютная заповедность — это идеальный режим полной неприкосновенности, направленный на поддержание естественных спонтанных природных процессов и явлений в дикой природе. Идея абсолютной заповедности призывает предоставить дикой природе свободу, автономию, самовольность, самоуправление, самотворчество, возможность идти своим путем, развиваться по собственному замыслу. Нет ничего плохого в том, что в заповеднике горит лес или степь, появляются вспышки вредных насекомых — это все природные процессы.

— Однако, насколько мне известно, у идеи абсолютной заповедности много критиков со стороны самих работников заповедников. Это прежде всего касается степных заповедников, где полный заповедный режим способствует, например, зарастанию заповедной целины кустарником.

— Здесь мы должны определиться, что пытаемся сохранить, поддержать — данную природную экосистему (степь, например) , или естественный ход спонтанных природных процессов и явлений. Задача заповедников — в поддержании природных процессов и явлений. А вот в национальных парках и заказниках можно сосредоточиться на защите определенных экосистем, поддерживая их во времени при помощи регуляционных мер. На мой взгляд нет ничего страшного, если степь в заповеднике постепенно превращается в лесостепь, лес — в болото, а горы зарастают лесом. Главное, чтобы все это являлось по настоящему естественным процессом и происходило спонтанно.

Следует добавить, что абсолютная заповедность — это некий идеальный режим существования заповедника. На практике, в силу тех или иных причин, полностью он не досягаем. Но эта идея является вектором движения. Я, например, очень доволен, что по моей инициативе в 2010 г. в Украине был принят закон, значительно приближающий заповедники к абсолютной заповедности: в них запрещен туризм, а в охранных зонах — охота.

— В чем, на ваш взгляд, причина, что идея абсолютной заповедности нынче не в моде среди деятелей заповедного дела?

— Она не была в моде никогда. И причин здесь несколько. Во-первых, она во многом является идеей диссидентской, революционной, радикальной, которую никогда не будут поддерживать государственные и коммерческие структуры, заинтересованные в природопользовании на территории заповедников. Хотя бы под маской экологического туризма. Понятно, что среднестатистический директор заповедника, из карьерных соображений, не пойдет против чиновников своего главка, спускающих ему план по туристам, заготовке леса или рыбы под видом «научных исследований». А значит об идее абсолютной заповедности в этом заповеднике говорить будет запрещено. Следующая причина заключается в том, что ни в одном из известных мне вузовских курсов «Заповедного дела» о ней нет ни строки. То-есть студенты-биологи, заканчивая вуз, ничего не знают об идее абсолютной заповедности. И третья причина, самая главная. Она заключается в некачественном, ущербном, узкоспециализированном естественном образовании большинства деятелей заповедного дела. Для ее понимания необходимо широкое мировоззрение, знания не только в области биологии, но и экологической философии, экоэтике, теологии, истории природоохраны, природоохранной эстетики. Как раз того, чего катастрофически не хватает современным специалистам, работающим на охраняемых природных территориях.

Проведя аналогию с музыкой, можно сказать, что идея абсолютной заповедности — это не попса, не быдло-рэп, а классическая музыка. Для ее понимания необходим не только музыкальный слух, но и высокое образование.

— Вы сказали, что для того, чтобы понять идею абсолютной заповедности в том числе нужны знания экологической теологии?

— Да, этот предмет не читается в отечественных естественных вузах. Дело в том, что есть такое мнение, согласно которого нетронутая человеком дикая природа по определению является божественной. У святого Иоанна Кронштадского есть замечательное описание божественной дикой природы: «Приходилось идти лесами, горами; суровые сосны высоко поднимают стройные вершины. Жутко. Бог чувствуется в природе». Любое вмешательство человека в дикую природу оскверняет и ее, и Бога.

По сути, идея абсолютной заповедности является синтезом многих подходов — экологического, философского, этического, религиозного.

— После смерти известного российского деятеля заповедного дела Ф.Р. Штильмарка вы, по сути, стали главным популяризатором идеи абсолютной заповедности на всем постсоветском пространстве.

— Мой учитель Феликс Робертович Штильмарк был не только популяризатором, но и одним из главных авторов идеи абсолютной заповедности. К сожалению, в последние годы он оказался не востребованным российскими государственными природоохранными структурами, ни российским вузовским образованием. Он так и не успел собрать все свои мысли об абсолютной заповедности в одну книгу. Поэтому эту работу мы провели уже после его смерти вместе с моим старым другом — генеральным директором московского Центра охраны дикой природы Алексеем Зименко, собрав все работы Ф.Р. Штильмарка и издав их одним сборником, который так и назвали — «Идея абсолютной заповедности». Книга оказалась очень востребованной и разошлась буквально в течении месяца.

Недавно я издал небольшую брошюру — «Заповедники, заповедность и живородящий хаос», где постарался понятным языком кратко объяснить все основные понятия абсолютной заповедности, связав ее с детерминированным (живородящим) хаосом.

Эта работа приглянулась польским экологам, они ее сейчас переводят на польский язык и в ближайшее время издадут. С этого, надеюсь, идея абсолютной заповедности начнет завоевывать Европу.

— Насколько я понял, абсолютная заповедность запрещает любое посещение заповедника, в том числе и экотуризм?

— Ф.Р. Штильмарк считал, что в идеале заповедники должны быть закрыты не только для туристов, но даже для науки и охраны заповедника. Что же касается туризма, в том числе познавательного или экологического — то это сейчас очень мощный фактор воздействия на заповедную природу. Недавно я вернулся из экспедиции по крымским заповедникам. В них не охотятся, не рубят лес, не добывают ракушечник. Однако все они затоптаны, заплеваны, загажены, усыпаны мусором, 500-летние тисы, можжевельники и земляничники исписаны иероглифами — все это сделала вредоносная саранча, имя которой — туристы.

В заказнике на мысе Айя (возле Севастополя) я познакомился с Николаем Подоляко, его охранником. Без всяких указов или книг, только на основании собственного опыта и интуиции, он пришел к тому, что туристы, — это главные вредители заповедной природы, и не пускает их в заказник. Благодаря удобному географическому положению: с двух сторон — море, с другой — неприступные скалы, а с четвертой — забор частной территории, а также самому Подоляко, на заказнике «Мыс Айя» установлена настоящая абсолютная заповедность. Этот пример достоин подражания.

http://ecoethics.ru/%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D1%8F-%D0%B0%D0%B1%D1%81%D0%BE%D0%BB%D1%8E%D1%82%D0%BD%D0%BE%D0%B9-%D0%B7%D0%B0%D0%BF%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%B4%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8-%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B4%D0%BE/