10/02/2013
0Под таким названием , вслед за lenta.ru КЭЕЦ разместил тезисы статьи Мэтью Прайса «Sweden wolf cull divides wilderness opinion». На мой взгляд, материал передан в чисто «совковой» манере, характерной чертой которой является поставка читателю уже «пережеванного» и якобы осмысленного материала, потребление которого мало что дает, но лишает привычки думать самостоятельно…
В исходном варианте статья написана совсем иначе. Главная цель автора показать читателю то, что отношение к волку поделило шведское общество, а также донести до него позицию целевых групп, имеющих непосредственное отношение к проблеме волка. Я не хочу переводить статью, более половины которой – это интервью с людьми, представляющими разные точки зрения, а просто расскажу о том, что происходит вокруг проблемы волка в Швеции. При этом, я пользуюсь не только статьей М.Прайса, но и другими шведскими публикациями последнего времени и стараюсь не упускать из поля зрения ситуацию с волком в Украине.
Поводом к всплеску внимания к «волчьей теме», послужило разрешение на селекционный отстрел 16 волков, выданное Агентством охраны природы Швеции. Отстрел должен был бы быть произведен в восьми конкретных районах центральной Швеции в период с 1 по 17 февраля. Его цель – укрепление генофонда популяции за счет уменьшения вероятности инбридинга.
Данное решение вызвало бурю протеста со стороны защитников природы, часть которых объединена в Ассоциацию по защите волка. Правительство обвинялось в нарушении положений ЕС, принятии непрофессиональных решений и тому подобных грехах. Последовали обращения в суды и Европейскую комиссию, которые вынудели Правительство отозвать своё решение..
Из 16 особей было добыто только три. При этом их фотографии были растиражированы многими СМИ, как пример антигуманного отношения к волкам.
Естественно, на ситуацию отреагировали журналисты, которые в лучших традициях «старых» демократий предоставляют слово, как специалистам –экспертам, так и представителям групп населения мнение которых о волках уже сформировано. Обобщая, я бы выделил 4-е таких группы.
Охотники. В Швеции охота, – это важнейшая составляющая национального образа жизни: создается впечатление, что ею занимается всё взрослое население сельских регионов, причем, как мужчины, так и женщины и четверть горожан.
Для многих шведов охота – это образ жизни. Они охотятся по 60-70 и более дней в году. Они привыкли к тому, что у них лучшая в Европе охота на лося. Их главный трофей – копытные и почти все они охотятся с собаками, среди которых популярны различные «гончие по кровавому следу» и лайки. Волк для шведских охотников конкурент и, естественно, они его не любят. Никто из них, не призывает к его полному уничтожении, но и отказываться ради волка от своих охотничьих привычек и трофеев, тоже никто не хочет. Главных претензий к волку две: негативное воздействие на популяцию копытных (зимой их добычей часто становятся беременные лосихи) и частые нападения на охотничьих собак. Охотники выступают за то, чтобы поддерживать численность волка на минимальном уровне, допускающем устойчивое существование популяции.
Почти все охотники подчеркивают, что волк удивительный и достойный уважения хищник. Примечательно, что в одном из районов Швеции они даже отказались участвовать в селекционном отстреле волков, мотивируя это тем, что «своих волков» они знают и, в отличии от всех остальных, эти особи умерены в охоте и вообще не нападают на собак.
Фермеры средней части страны. Долгие десятилетия волка в Швеции было так мало, что фермеры забыли о том, что он может питаться и домашними животными. По мере увеличения численности волка растет число случаев его нападения на домашних животных, что конечно не нравится фермерам.
В своей статье, Мэтью Прайс берет интервью у Анетты Бэк-Олссон, которая содержит овечью ферму неалеко от границы с Норвегией. В последние годы Аннет потеряла из-за волков 35 овец. Показывая фотоснимки растерзанных животных, она поясняет своё отношение к волкам: «Здесь всё просто и ясно. Если волки добывают моих овец, то я не получаю ягнят и не зарабатываю своих денег». Кроме того, Аннет жалуется на «фактор беспокойства» привносимый волками: «"С мая по сентябрь – октябрь я не сплю по ночам. У меня есть собаки, которые лают, когда волки подходят близко, и я никогда не чувствую себя в безопасности. Когда волки рядом овцы очень боятся, и иногда в течение трех дней отказываются есть. Это ужасно ".
Надо сказать, что по оценкам экологов от волчьих клыков в год в стране гибнет около 300 овец, что совсем не много, с учетом того, что их общая численность превышает 800 тыс.голов. Кроме того, фермеры получают государственную компенсацию, если их овцы гибнут от волков – и финансирование, на строительство ограждений. Многие из них устанавливают за счет субсидий электрические ограды вокруг пастбищ.
Оленеводы -саами. Образ жизни коренного населения северной части Швеции, связан с разведением северных оленей, стада которых кочуют на обширных территориях.
Как коренной народ саами продолжают жить в соответствии со своими вековыми традициями, одной из которых является непримиримая война с волками. Современные снегоходы и отличное нарезное оружие позволяет оленеводам не только охранять свои стада, но и закрыть для волка всю северную границу государства. Это препятствует притоку «свежей волчьей крови» в Швецию с территории Финляндии и России и увеличивает риск вырождения популяции, сосредоточенной в средней части Швеции и лишенной контакта с соседями.
Ассоциации по защите волков. Шведские не правительственные организации, действующие в сфере охраны природы не только поэтичны и высоко моральны, но и очень профессиональны.
Они признают, что популяция волка в Швеции подвержена высокому риску ослабления из-за инбридинга, но считают, что отстрел, предложенный Правительством, не решает проблему. Их взгляды сводятся к тому, чтобы обеспечить миграцию финских и российских волков в Швецию, однако на пути их воплощения в жизнь стоят 17 тысяч шведских оленеводов, а также их коллеги на финской стороне границы, которые понимают, что при таком сценарии, численность волка возрастет многократно и будет измеряться тысячами особей.
Кроме того, защитники волка ставят в вину Правительсту нарушение Бернской конвенции и непрофессиональный подход к выбору особей для отстрела, который по их мнению является лотореей, так как осуществляется в отсутствии полных сведений о структуре популяции.
Конечно, помимо названных групп в Швеции множество людей, которые искренне интересуются проблемой волка и открыто высказывают свое мнение. Очень часто оно ортодоксально или "осторожно-традиционно". Дело в том, что очень долгое время, фактически с первой половины 19 века до 60-х годов 20-го, Швеция боролась с волками, выплачивая премию за их добычу, а затем, почти 50 лет поддерживала количество волка в природе на минимальном уровне. В эти десятилетия количество волков в зоопарках Швеции значительно превышало их число в природе. За последние два десятилетия число волка значительно выросло, что явилось результатом целенаправленной деятельности Правительства, которое готовило общество к появлению волка, опираясь на следующие заявления:
1. Волки не представляют опасности для человека
2. Волки убивают, ровно столько сколько нужно для еды.
Естественно, ортодоксы с легкостью доказали, что оба положения в своей основе ложны…
Все в Швеции знают о событиях 1820 года, когда волком были убиты девять человек, в основном дети. Свежим подтверждением опасности волка послужила резонансная трагедия, произошедшая в июне 2012 года: в зоопарке Гетеборга стая волков растерзала 30-летнюю женщину, ухаживавшую за ними в течении трех лет. Кроме того, в прессе стало появляться много свидетельств о появлении волков в населенных пунктах, на дорогах, а также случаев его агрессивного поведения и даже нападения. Журналисты широко тиражируют примеры нападения волков на человека, почерпнутые из опыта других стран и других времен. Все это, при желании, можно трактовать, как "анти волчью истерию", но, на мой взгляд, это проявление обычной осторожности шведского обывателя. Люди в густонаселенных районах Швеции привыкли чувствовать себя и своих детей, в полной безопасности, привыкли не беспокоится о своих домашних любимцах, а также своих телятах и овцах…Как изменится ситуация с ростом численности волков они не знают и волнуются…
Рекламируемая волчья «умеренностьи» в добывании пищи тоже опровергается, многочисленными свидетельствами массовых убийств, не мотивированных голодом или, как говорят в Швеции, убийств "из любви к этому спорту". Подобные случаи часто случаются при нападении волков на стадных домашних животных, прежде всего овец и северных оленей.
Вполне обоснованное недоверие вызывают и высказывания о том, что волк убивает только ослабленных и больных животных, вызывая оздоровление популяции в целом. Во многих случаях это действительно так, что подтверждают научные исследования, однако ученые забывают сообщить, что «оздоровленная» популяция становится значительно меньше исходной. Охотники Швеции, хорошо знают статистику Йеллоустоуна, недавно обнародованную автором известной книги «Волки в России» профессором Гравес. Оказывается всего за 16 лет от стада лосей (так американцы называют оленей-вапити) на территории Национального парка осталось только 25%: в 1994 году на территории Йеллоустоуна было 19760, а 2010 году всего 4600 особей. Вряд ли такая динамика, добавляет оптимизма шведским охотником, которые не жалуются на аппетит, не хуже волка научились проводить селекционное изъятие копытных и знают, какую особь можно добыть, а какую нет.
Большое разнообразие мнений, сдвинуло «проблему волка» в политическую плоскость и затормозило подготовку плана управления шведской популяцией. Дело в том, что по базовому для планирования вопросу, – определению оптимальной численности волка в Швеции, к единому мнению, так и не пришли. Называются и обосновываются цифры от 180 до 700 особей, но конкретный выбор Правительство ещё не сделало. Тем не менее, основываясь на научных данных по анализу и моделированию шведской популяции волка, начиная с 2010 года оно стало выдавать разрешение на его селекционный отстрел, с целью уменьшения инбридинга. На мой взгляд, – это по сути, правильное решение, с формальной точки зрения имеет явные изъяны. Они позволили «защитникам волка» обратиться в Европейскую Комиссию с критикой Правительства, которая сводится к тому, что оно разрешает отстрел, не имея утвержденного плана управления популяцией. Комсиссар ЕК Янез Поточник отреагировал на послание, написав в адрес Министра окружающей среды Швеции, – Лены Ек, письмо, с критикой принятого ею решения. Суть критики, сводится к тому, что сначала надо определить численность шведской популяции волков, которая обеспечит её устойчивое развитие, затем разработать детальный план управления популяцией, и только потом осуществлять конкретные шаги по его реализации. Инициировать любые отстрелы в отсутствие плана, -значит нарушать действующие соглашения.
На мой взгляд, подобный подход должен быть реализован и в Украине. Начинать надо с обоснования численности популяции волка, обеспечивающей его устойчивое развитие. Затем выявить зоны неизбежных конфликтов, которые требуют правового регулирования. После этого, разумно подготовить план управления популяцией и систему мониторинга его реализации. Без этого, мало убедительными выглядят как «прессухи» в защиту волка со стороны КЭКЦ, так и нападки на волка со стороны охотоведов, крестьян и журналистов. Это просто «белый шум» или «базар», который никуда не ведет и ничего не решает.
Если будет время и останется желание, я постараюсь представить данные о численности волка по странам Европы и областям Украины, которые почему-то скрывают специалисты, занимающиеся проблемой давно и профессионально.
Вот некоторые из них:
Швеция – 270 особей. Тенденция роста. Выплата компенсаций за ущерб и пособий для обеспечения защиты.
Польша – 700-800 особей. Тенденция роста. Охраняемый вид. Охота разрешена только в Бещадах. Компенсации не платят.
Латвия – 600 особей. Тенденция к снижению. В 90-х годах было 900 особей.Компенсации не платятся.
Словакия -350-400 особей. Охраняемый вид за рядом исключений. Компенсация выплачивается.
Эстония -200 особей. Тенденция к снижению. В 90-х годах было 500. Компенсация выплачивается.
Германия -35-40 волков. Охраняемый вид. Компенсаций нет.
Франция – -80-100 особей. Охраняемый вид. Компенсации выплачиваются.
Беларусь – 1500-2000. Охотничий вид. Компенсации не выплачиваются. До недавнего времени выплачивались награждения за добычу, но надо уточнять, так как прошел цикл внесения изменений в законодательство.
Украина – 2600-2700. Охотничий вид. Компенсация за нанесенный ущерб не выплачивается.
Финляндия – 120-140 волков. Охота разрешена в местах разведения оленей. Компенсация выплачивается. Большой приток волков с территории Карелии.
Чехия -20-30 особей. Защищенный вид. Компенсации ущерба нет
Будет время, я расширю и проанализирую данные. Но общий вывод ясен: К УПРАВЛЕНИЮ ПОПУЛЯЦИЕЙ ВОЛКА НАДО ПОДХОДИТЬ, ОПИРАЯСЬ НА КОНКРЕТНЫЕ ДАННЫЕ И ПРЕСЛЕДУЯ КОНКРЕТНЫЕ ЦЕЛИ.
Защищать их или обвинять волков «просто так» – пустая трата времени. Также глупо сравнивать Украину с Германией, Францией или Польшей, где численность волка,его кормовая база, законодательный подход компенсации нанесенного волками ущерба, совсем иные, чем в Украине. Единых рецептов просто не существует.
М.Попков
