01/11/2012
0Учиться у уроков истории, не прятаться от ответственности за них, не отмахиваться от них. В. И. Ленин
Знаменитый китайский философ Конфуций говорил, что к знанию ведут три дороги. Благороднейшая среди них — размышление. Наиболее легкая — подражание. А самая горькая — опыт. Сегодня, когда прошло достаточно много времени с момента разрушения Советского Союза, убеждаешься в правильности слов мыслителя из Поднебесной. Вместе с тем плачевные итоги двух последних десятилетий требуют не только скорби — они требуют осмысления.
При выработке политического курса власти приходится определять отношение к прошлому своего государства. При этом отмечается три основных подхода:
— механическое использование опыта, оправдавшего себя в конкретных исторических условиях. Но сегодня это уже не подходит, чаще всего представляя тупиковый путь.
— игнорирование, или, как когда-то говорили, «зряшное» отрицание исторического опыта, приемов и подходов, которые и в изменившихся условиях сохраняют свою пригодность;
— некритическое восприятие опыта других стран.
В жизни приходится встречаться и с одним, и с другим, и с третьим, порой в противоестественном их сочетании. Поэтому для нашей Коммунистической партии очень важно верно определить, что из опыта борьбы за социализм можно использовать сегодня, а что должно быть отвергнуто.
Киев, 2012 г. Становление демократии. Фото Катерины ЛАЩИКОВОЙ
Переходный период неизбежен
Любой здравомыслящий человек понимает, что в нынешних условиях вопросы, связанные с возвращением власти трудящимся, отношением к диктатуре пролетариата, преодолением (основоположники научного социализма употребляли более емкое выражение — «снятие») частной собственности и развитием демократии, будут решаться иначе, чем в XX веке.
Очевидно, что переход к социализму не будет одномоментным актом, на пути к нему придется преодолеть несколько этапов. Какими они будут, сколько потребуется времени — покажет будущее.
Так, нам вряд ли удастся миновать стадию государственного капитализма. Здесь очень пригодится опыт ленинской новой экономической политики (нэпа), придется использовать то, что Владимир Ильич называл государственно-капиталистическими монополиями, обращенными на пользу всего народа и поэтому перестающими быть капиталистическими (Ленин В. И. ПСС. — Т. 34. — С. 197).
К слову, Фридрих Энгельс еще 140 лет назад говорил, что вопрос не в том, как после завоевания власти пролетариатом будут обращены в собственность народа принадлежащие капиталистам орудия производства, сырье и жизненные средства, — путем простого насилия либо путем вознаграждения за них, или выкупа небольшими частичными платежами, — все это будет решаться в зависимости от сложившейся обстановки (Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. — Т. 18. — С. 278—279).
Тем не менее бытуют представления, что никаких переходных этапов к социализму быть не должно и все будет происходить под девизом: «Получим власть — и сразу все вернем». Высказывается, в частности, мнение, что после прихода трудящихся к власти представители эксплуататорских классов будут лишены избирательных прав. Хотя Ленин еще до того, как Октябрьская революция стала свершившимся фактом, говорил, что такая мера не является непременным условием, — все зависит от остроты классовой борьбы.
Вряд ли есть необходимость говорить о том, что столь примитивные представления не приносят делу борьбы за социализм ничего, кроме вреда.
Беспощадные проценты
Силы, пришедшие к власти после августовских событий 1991 г., искореняя все советское, действовали по осуждавшемуся ими же принципу «до основанья, а затем…»
Стоит отметить, что процесс демонтажа социалистических основ начался еще на закате советской власти, во время т. н. перестройки. Одним из первых шагов на этом пути стало исключение из Конституции УССР статьи о месте и роли Коммунистической партии в обществе. Тогда же (июнь 1990 г.) были радикально изменены экономические статьи Основного Закона и ликвидирован Комитет народного контроля. Таким образом был открыт путь к переходу государственной и общественной собственности в руки нарождавшейся буржуазии и помещиков-латифундистов, фактическому разграблению («прихватизации») народного достояния, а также к отказу от системы планирования и контроля за ценообразованием.
Конечно, обстановка требовала отказа от доведенной до абсурда сверхцентрализации, чрезмерной опеки со стороны государства, снятия преград для предпринимательства, основанного на личном труде, развития инициативы. Но делать это нужно было вдумчиво, взвешенно, с холодной головой.
1990-е. Безработные шахтеры идут на Киев
Общество уверяли: отстраним государство от вмешательства в экономику — и рынок расставит все по своим местам, разрушим Советский Союз, перестанем кормить «москалей» — и заживем, как в Европе. Что получилось в итоге, известно всем.
Так, по объему ВВП Украина все еще не вышла на уровень конца 1980-х гг. (отставание около 30%). Отраслевая структура экономики, которая и в прежние времена оставляла желать лучшего, стала еще более примитивной, характерной для слаборазвитых стран. По сравнению с 1990 г. в ней с 11,7 до 17,5% увеличилась доля металлургический промышленности, зато с 30,5 до 10,6% сократился удельный вес продукции машиностроения и металлообработки.
Тяжелые удары нанесены по оборонной промышленности. Предприятия, научные и проектно-конструкторские организации, носители технического прогресса, образцовой организации производства, где были сосредоточены уникальные кадры высокой квалификации, понесли практически невосполнимые утраты.
С 10,5 до 0,7% уменьшилась доля легкой промышленности, с 18,7 до 8,3% сократился удельный вес продукции сельского хозяйства. Если еще в 2004 г. доля продукции отечественных предприятий и хозяйств составляла во внутреннем потреблении 71%, то сейчас он снизился до 56%.
Без государства не обойтись
Разве был бы возможен такой обвал, если бы власти независимой Украины не отбросили положительный опыт советского периода, переведя экономику на рельсы либерально-монетаристской модели (в худшем ее варианте), которую все больше критикуют авторитетные ученые, политики и государственные деятели на Западе?
Приведу пример. На моей родине — в Запорожье — за две первые пятилетки были построены Днепрогэс, «Запорожсталь», «Днепроспецсталь», ферросплавный, коксохимический, огнеупорный, алюминиевый, трансформаторный заводы и другие предприятия. И это за неполные десять лет в одном только городе! А кто назовет крупные предприятия, построенные в нашей стране за последние два десятилетия?
Радикально, как того требует время, изменить отраслевую структуру экономики, осуществить ее глубокую модернизацию, вывести или хотя бы приблизиться к современному технологическому уровню — важнейшая задача, стоящая перед страной. Только решив ее, Украина сможет войти в число передовых государств. Но достичь этого без четкой экономической стратегии, научного прогнозирования и директивного планирования, т. е. без твердой направляющей руки государства, невозможно.
Вряд ли кто станет отрицать, что у нашей республики были прекрасные стартовые условия, используя которые и опираясь на опыт решения масштабных экономических задач можно было осуществить трансформации, позволившие Украине занять ведущие позиции не только на постсоветском пространстве, но и на Европейском континенте.
Этого не произошло. И в значительной мере потому, что было отринуто уникальное, богатейшее советское наследие.
Мы знаем, какой дорогой ценой достался переход к крупному механизированному сельскохозяйственному производству. Он был исторически необходим, хотя и проводился с серьезными издержками. Однако наше крестьянство, пережив коллективизацию со всеми ее перегибами, страшный голод 1933-го, в большинстве своем приняло, хотя и не сразу, новую форму организации производства и жизни на селе, и, будем откровенны, не по своей воле ему пришлось отказаться от нее. Используя привлекательный лозунг «Землю — крестьянам», развалили колхозы, уничтожили совхозы, а селянам раздали участки земли, названные «паями». Не имея техники для их обработки, средств для приобретения химических удобрений, людям пришлось передавать принадлежащие им участки в аренду за мизерную плату, а самим — батрачить у арендаторов, которые ждут не дождутся отмены моратория на свободную куплю-продажу земель сельхозназначения.
О том, что разгон колхозов и совхозов был, мягко выражаясь, ошибкой, сегодня говорят и руководители министерства аграрной политики.
Арендаторы часто заинтересованы лишь в том, чтобы как можно больше выжать дохода, а дальше хоть трава не расти. Украинские черноземы засеваются культурами, истощающими почву: подсолнечником (на долю нашей страны приходится 23% мирового производства семян этой культуры и 55% — подсолнечного масла), рапсом и др. Из-за этого уже почти половина пахотных земель находится под угрозой выведения из хозяйственного оборота.
В то же время в два с лишним раза уменьшилось производство мяса и молока. Многие виды сельхозпродукции (в т. ч. животноводческой, а также овощей, фруктов и даже гречки) приходится завозить из других стран. Это уже прямая угроза продовольственной безопасности государства.
Заодно уничтожается созданная за годы советской власти социальная инфраструктура. Молодежь уходит из сел, там остаются старики, живущие на доходы от подсобных хозяйств и на мизерную плату за паи.
Власть видит спасение села в кооперативах. В программе Партии регионов есть пункт о создании их в количестве полутора тысяч — т. е. в 20% сел. Трудно сказать, решит ли это острые проблемы крестьянства, особенно если учесть, что власть больше озабочена тем, как ускорить принятие закона, разрешающего свободную куплю-продажу земли.
А что касается кооперативов, то из заявлений высокопоставленных чиновников следует, что речь идет в основном о небольших (по 10—12 человек) организациях, занимающихся сбытом сельхозпродукции. Дело нужное, но, на мой взгляд, радикально изменить положение к лучшему оно вряд ли способно.
Судьба нашего многострадального села — наглядный пример того, чем обернулось отрицание оправдавшего себя опыта, чем бы это ни было обусловлено — идеологическими мотивами или элементарным невежеством.
То же можно сказать и о работе с кадрами. Отработанная в прежние годы практика подготовки кадрового резерва, изучения деловых и нравственных качеств при выдвижении управленцев была отброшена. Вместо этого возобладала опора на «любих друзiв».
Остро стоит проблема консолидации многонациональных обществ. Недавно президент России В. Путин говорил о необходимости становления такой общности, как многонациональный российский народ, и приводил в качестве примера советский народ.
Сказанное Путиным актуально и для многонациональной, но разобщенной Украины. И здесь без осмысления наследия СССР — и положительного, и негативного — не обойтись.
Модернизация без западных шаблонов
Для политических и общественных кругов Украины, пожалуй, больше, чем любой другой страны, характерно некритическое, порой восторженное отношение к зарубежному, особенно западному, опыту. Поляки, литовцы, латыши, депутаты Парламентской Ассамблеи Совета Европы не просто учат нас — поучают. Я уж не говорю об американцах и Международном валютном фонде. Сотни т. н. неправительственных организаций, существующих на гранты зарубежных доброхотов, только тем и занимаются, что пропагандируют их советы — будь то продвижение в НАТО или навязывание антинародной пенсионной реформы. Послушно внимают им и власти.
Уважающие себя политические лидеры так не поступают. Недавно Дмитрий Табачник в своей статье вспоминал Сингапур. Просто поражают достижения этого государства, сумевшего на небольшой территории без всяких полезных ископаемых построить высокоразвитую экономику, поднять уровень жизни, практически изжить коррупцию и преступность. Сингапурская модернизация прямо противоположна западной модели. Власти этой страны отвергли навязываемые либеральные шаблоны и встали на путь независимого суверенного развития.
Экс-президент Сингапура Ли Куан Ю как-то сказал: «Западные журналисты считают, что мы должны быть совершенно такими же, как они. Я пытаюсь объяснить, что у нас другое историческое прошлое и другие социальные ценности. Эти другие ценности и способствовали быстрому росту экономики».
К сожалению, такого подхода недостает нашим «керманичам».
Заслуживает внимания опыт КНР и социалистического Вьетнама. Придерживаясь политики открытости миру, внимательно изучая зарубежный опыт, они активно внедряют у себя технологические новшества. Проводя политику модернизации, они сохранили и укрепляют хребет своей политической системы — Коммунистическую партию, что обеспечивает устойчивость системы, выработку реалистической стратегической линии развития страны, проведение в жизнь намечаемых программ и планов. Отвергнув негатив, связанный с культом Мао Цзэдуна, «культурной революцией», они отвели им надлежащее место в истории и не топчут прошлое своего государства.
Представляет интерес отношение китайских товарищей к марксизму-ленинизму. Один из членов политбюро ЦК КПК, находясь с делегацией в Киеве, рассказывал, что они внимательно изучили труды классиков и выделили в них положения, верность которых подтверждена жизнью; верные для своего времени, но утратившие актуальность; пригодные для определенных стран или регионов; оказавшиеся ошибочными. Подход заслуживающий внимания.
По моему убеждению, одной из причин того положения, в каком находится наша страна, является примитивное отношение к прошлому опыту, к истории вообще. Немаловажную роль в этом играет субъективный фактор, в частности интеллектуальный и нравственный уровень деятелей, которые все эти годы выдвигались к руководству страной, примитивизм и хуторянство нашей «элиты».
Крайне негативно сказывается и то, что политику после провозглашения независимости нашей страны определяли (и продолжают определять) люди ограниченные, с низким уровнем интеллекта, но с непомерными амбициями и патологической агрессивностью.
Я не приемлю суда над историей и разделяю точку зрения Уинстона Черчилля: «Если настоящее попытается судить прошлое, оно утратит будущее». Из минувшего надо извлекать уроки, чтобы не повторять ошибок. В свою очередь руководитель первого социалистического государства указывал, что на исторические события не сетуют, а стараются понять их причины и, значит, их результаты.
Исторический опыт человечества, каким бы он ни был, — бесценное достояние, с которым нужно обходиться умело, по-хозяйски. Надо иметь голову на плечах, чтобы в каждом конкретном случае разобраться, отвергнуть негатив и взять на вооружение то, что будет работать на наше дело. Именно этому нас учил Ленин.
