18/08/2012
0Как российским лесоэкспортерам не заблудиться в лабиринтах должной добросовестности
Весна 2013 года для большинства российских лесозаготовителей и лесоэкспортеров означает начало непростого периода адаптации к новым требованиям лесного законодательства Евросоюза – с 3 марта вступит в силу новый Регламент, закрывающий доступ на европейские рынки нелегально заготовленных лесоматериалов и продукции из них. «Зеленый свет» получит только та продукция, легальность происхождения которой можно будет подтвердить документально. Для реализации европейских требований лесоэкспортеры обязаны внедрить так называемую систему должной добросовестности. Несмотря на кажущуюся ясность задач, которые ставит перед собой Евросоюз, механизм реализации нового европейского лесного законодательства до сих пор окружен туманом. Только недавно появились документы, дающие некоторые ответы на вопросы, от которых в скором времени будет зависеть успешность многих российских компаний, торгующих с Европой. О содержании этих норм и о том, к чему готовиться российскому бизнесу, мы беседуем с главой представительства Лесного попечительского совета по России и странам СНГ Андреем Птичниковым.
– Андрей Владимирович, Евросоюз не раз упрекали в том, что документы, четко регламентирующие новые «правила игры» в области лесных отношений, готовятся крайне медленно. До вступления в силу Еврорегламента осталось чуть больше полугода. Существует ли ясность относительно того, как будет работать система должной добросовестности?
– 6 июля 2012 года Евросоюзом была обнародована нормативная база, где детально расписаны требования к компаниям, поставляющим продукцию на европейские рынки. Несмотря на то, что теперь заинтересованные стороны могут ознакомиться с нормативной базой законодательства ЕС по древесине, до сих пор не вполне понятно, каким образом тот или иной поставщик должен развивать свою систему должной добросовестности. К сожалению, существенной ясности нормативная база ЕС не внесла. Сотрудники FSC International внимательно проанализировали документы и еще раз сделали оценку системы добровольной лесной сертификации Лесного попечительского совета на предмет соответствия ее европейскому лесному законодательству. Приведу несколько примеров. Согласно новому Еврорегламенту, поставщик обязан точно указать видовой состав древесины. Если раньше достаточно было сообщить, что древесина, скажем, хвойная, то с марта следующего года необходимо точно зафиксировать породу продаваемой древесины. Пока добровольная лесная сертификация по системе FSC такого требования не содержит, но оно будет введено к середине 2013 года. Второе существенное требование – это указание страны происхождения или региона, где была заготовлена древесина. Такое требование уже содержится в системе FSC.
– Речь идет о стране, регионе или конкретном районе лесозаготовки?
– Насколько я понимаю, все зависит от масштабов страны. Для Люксембурга, конечно, хватит и названия государства, а для таких стран, как Россия, необходима детализация. Это связано с необходимостью дальнейших проверок достоверности предоставляемых сведений, чем должны заниматься соответствующие органы стран ЕС. Чем детальнее будет указано место происхождение лесоматериалов, тем позитивнее это будет оцениваться контролирующими органами в Евросоюзе. Необходимо понимать, что нелегальной в Евросоюзе считается древесина, заготовленная с нарушениями не только лесного, но и налогового, природоохранного, таможенного, торгового законодательства. В понятие «нелегальной» входит и древесина, при заготовке которой были нарушены интересы коренных малочисленных народов, проживающих в лесу. Другими словами, «легальность» в европейском понимании – более широкое понятие, чем у нас в лесном законодательстве. Все эти аспекты будут учтены в обновленных стандартах FSC, которые планируется запустить летом 2013 года.
– Другими словами, компаниям, прошедшим добровольную лесную сертификацию, будет легче адаптироваться к требованиям Евросоюза?
– Конечно. Цель FSC – к середине года перейти на стандарты, которые бы полностью соответствовали законодательству Евросоюза. Лесоэкспортерам, лесопромышленниками остается исполнять требования стандартов. Не надо также забывать, что законодательство ЕС устанавливает только минимальный, входной порог в ЕС, а на рынках по-прежнему присутствуют и наращиваются требования добровольной лесной сертификации. В этом смысле сертификат послужит одновременно пропуском в таможенную зону ЕС и пропуском к потребителю в странах Евросоюза и потребителям многих других стран с экологически чувствительными рынками.
– Недавно на официальном сайте Рослесхоза был опубликован список предприятий, имеющих серьезные долги по плате за пользование лесными ресурсами. В этом списке можно встретить компании, которые прошли добровольную лесную сертификацию. Но это же грубое нарушение требований FSC. Как такое возможно и как FSC намерено контролировать своевременную уплату лесных платежей в рамках нового европейского законодательства?
– Да, мы недавно разбирались с этой ситуаций. Все должники были проинформированы о недопустимости подобных нарушений. Одни предприятия быстро погасили задолженность, другие предоставили свои объяснения причин задолженности с обязательствами погасить задолженности по арендной плате в ближайшее время. В частности, по одному предприятию в Иркутской области судом был проведен взаимозачет и долги государства предприятию были погашены частично за счет возникшего долга по арендной плате.
– Но ведь эту ситуацию необходимо контролировать постоянно, а не от случая к случаю.
– Согласен. Но в этом вопросе без помощи Рослесхоза нам не обойтись. Сейчас мы пытаемся установить постоянный обмен информацией. Мы за то, чтобы в случае нарушения режима платежей можно было бы максимально быстро вмешаться в ситуацию. В идеале Рослесхоз мог бы ежеквартально предоставлять нам информацию по должникам, а мы бы работали по этой теме своими методами. Думаю, что эффективность здесь будет выше, чем меры морального и судебного воздействия на должников.
– Как вы думаете, насколько жестко Евросоюз будет требовать исполнения законодательства с марта 2013 года? Или будет некий переходный период? Ведь, судя по вашим словам, даже такая организация, как FSC, готова внедрить новые стандарты только летом 2013 года.
– Я могу выразить только свое частное мнение, так как официального мнения у нашей организации по данному вопросу нет. Новое законодательство подразумевает существенные изменения всей прежней системы, причем остается множество до сих пор не разрешенных вопросов. Практики правоприменения у национальных органов стран ЕС, которые будут контролировать это законодательство, пока нет. Скорее всего, года два уйдет на наработку этой практики. Я не думаю, что российские поставщики с самого начала попадут под жесткий прессинг и к ним станут применять суровые санкции. Контролирующим органам тоже придется учиться работать с новым законодательством. Но, конечно, формальные требования, то есть пакет необходимых документов, компаниям придется приложить к партии товара, если поставщик хочет, чтобы лесоматериалы пересекли границу с Евросоюзом.
Другой вопрос – качество этих документов. Новое законодательство достаточно сложное, даже для FSC не так просто полностью адаптировать свои стандарты. К примеру, существует четыре вида мербау (тропическая порода), из которых два разрешены к рубке, а два других ограничены или запрещены конвенцией СИТЕС. Соответственно таможенные органы ЕС будут запрашивать точные данные о видовой принадлежности ввозимого мербау, будут осуществлять проверки партии, для того, чтобы исключить сомнительную древесину. В России аналогичная ситуация только с кедром: корейский кедр полностью запрещен к рубке, а сибирский можно заготавливать, правда, с определенными ограничениями. Поэтому производителю и экспортеру придется научиться устанавливать видовую принадлежности древесины, даже в сложных изделиях, состоящих из нескольких видов, запрашивать у поставщиков все необходимые документы, при необходимости проводить экспертизу видового состава, а в некоторых случаях и страны происхождения. Особенно сложная задача в этом плане для производителей бумаги и изделий из нее, так как в этом случае нередко используются поставщики из различных стран и с различными режимами лесопользования.
– Какое требование Ерорегламента будет вызывать максимальные сложности у поставщиков?
– Безусловно, это учет легальности в цепочке поставок. Еврозаконодательство требует подтверждения легальности по всей цепочке поставок, через какое бы количество посредников и предприятий ни прошла продукция. Для этого надо наладить должный учет по всей цепочке, а это не всегда осуществимо в реальности. В FSC существуют сертификаты цепочки поставок, но они сейчас существуют в бумажной форме. При желании можно отследить конечное происхождение древесины, однако эта процедура трудоемкая и используется, как правило, при проверках сертификатов. Для того, чтобы упростить эту задачу, FSC сейчас разрабатывает электронную систему учета цепочки поставок, начало внедрения которой запланировано на следующий год. Технически это весьма сложная задача, так как необходимо не только отследить движение лесоматериалов по документам, но и ввести систему защиты от введения неправильной информации, например, неверных входящих и исходящих объемов.
– Есть ли ясность относительно самих контролирующих органов, которые будут заниматься российскими поставщиками?
– Каждая страна ЕС создает специальную инспекцию, которая будет заниматься выборочными проверками и контрольными аудитами. Я думаю, что многое будет зависеть от самой страны, в том числе и жесткость санкций за нарушения законодательства. К нам недавно обратилось голландское агентство по государственным закупкам, которое помимо прочего оценивает различные системы сертификации с точки зрения соответствия требованиям по госзакупкам и дает системам сертификации рекомендации по их совершенствованию. Агентство весьма серьезно готовится к введению нового Еврорегламента. Голландцы тщательно проанализировали работу FSC в России, провели оценку стандартов, детально изучили отчеты по сертификации. Мы получили с их стороны множество вопросов. В частности, их интересует, как соблюдаются права коренных народов в лесу, как сохраняется биоразнообразие при рубках, каковы правоприменительные механизмы по этим вопросам, насколько система сертификации обеспечивает соблюдение этих вопросов. Думаю, что большинство российских поставщиков при подтверждении легальности древесины о соблюдении прав коренных народов даже не вспоминают. А для голландцев это достаточно важный вопрос. Поэтому проверки голландцев могут коснуться и такого вопроса. В целом же мы думаем, что разные страны ЕС будут интересовать различные аспекты легальности.
– Как бы вы оценили уровень «просвещенности» российских лесоэкспортеров относительно новых требований ЕС?
– Подавляющее большинство крупных лесопромышленных и лесоторговых компаний осведомлены о грядущих переменах, и, насколько я знаю, они информируют своих поставщиков лесоматериалов. Я думаю, что проблемы возникнут у мелких предприятий и небольших экспортеров, которым придется взяться за задачу документально подтверждать легальность древесины. Главные проблемы начнутся, когда из-за отсутствия документов грузы не смогут пересечь границу. С марта 2013 года таможня не сможет пропускать грузы без сопроводительных документов, соответствующих новому Еврорегламенту.
Хотелось бы надеяться, что вступление в силу нового Еврорегламента не будет напоминать принятие уголовного кодекса. В противном случае такие лесоэкспортеры потеряют рынки сбыта. Думаю, что правоприменение в рамках европейского лесного законодательства будет более мягким и обеспечит возможность адаптации к новым правилам и обучения заинтересованных сторон. Надеюсь также, что процесс привыкания к новому законодательству будет взаимным и контролеры ЕС также будут адаптировать свои требования к нашей реальности. Хочется верить, что через некоторое время мы придем к понятной как для экспортеров, так и для контролирующих органов прозрачной системе подтверждения легальности происхождения древесины
