Учиться, учиться и учиться верить не всему

Попытка рассмотрения языкового вопроса стала испытанием для партии власти, которое может иметь далекоидущие последствия.

Сторонний наблюдатель, не знающий закулисных процессов (а таковы практически все избиратели), может сделать один из двух выводов.

Первый: «регионалам» на самом деле не нужен языковой закон, и потому они и своих союзников не простимулировали, и не приняли в самой Раде предупредительных мер, какие предпринимают в других случаях, в итоге же дали оппозиции сорвать заседание. Такой вывод лишает многих традиционных избирателей ПР желания голосовать вообще.

Но возможна и другая трактовка происходящего в Раде: «регионалы» просто оказались слабаками и поддались давлению.

О спикере, ставшем барометром

Конечно, в срыве заседания можно обвинить и спикера Владимира Литвина — в не менее сложных обстоятельствах при ратификации Харьковских соглашений он заседания не закрыл. Однако спикер у нас давным-давно, почти уже 10 лет, стал своеобразным барометром — он благосклонен к тому, чью победу предчувствует, а предчувствия его подводят редко. Таким образом и его поведение можно толковать как сигнал «регионалы»-слабаки».

А поскольку немалое число избирателей не имеет никаких политических симпатий и заранее готово ориентироваться на того, кого сочтет победителями, то репутация слабаков ПР, естественно, никак не нужна.

Другое следствие проявленной слабости в том, что случившееся 24 мая показало оппозиционерам: их сила имеет шансы на успех, и значит, надо применять ее чаще, и не только когда речь идет о языке. А до чего могут дойти непарламентские методы этих парламентариев, видно по словам Ярослава Кендзьора, пригрозившего принести в Раду тротил и подорвать его. А Кендзьор ведь парламентарий с едва ли не самым большим стажем — один из очень немногих, кто заседает в ВР еще с 1990 г.

Об «искренности», с которой «мужики» дерутся

Не прибавила очков ПР и дальнейшая реакция на случившееся в Раде. Так, зазвучали голоса со стороны Василия Киселева и Юрия Болдырева о том, что проблему можно решить референдумом. Однако мы уже знаем по истории с плебисцитом, организованным еще в 2000-м Леонидом Кучмой, что референдумы прямого действия у нас невозможны, результаты референдума должен имплементировать парламент, который может этого и не сделать. Стало быть, все равно последнее слово остается за Верховной Радой.

Во-вторых, референдум будет неизбежно проигран, если готовиться к нему так же, как Партия регионов готовилась к проведению в ВР языкового закона Колесниченко — Кивалова. То есть отдать информационную инициативу оппонентам и избегать комментировать закон по сути, что для тех же оппонентов чрезвычайно благоприятно. Вдобавок до последнего времени комментаторами выступали почти исключительно авторы закона. Сейчас, судя по сайту ПР, высказываться стали многие, однако умелых комментариев, к сожалению, почти не встретишь.

То же можно сказать и о выступлениях представителей партии в передачах Шустера и Киселева, но там для гарантии превосходства противников власти по этому вопросу ведущие давали тем и численное преимущество, и свое покровительство, благодаря которому оппозиционеры постоянно перебивали политиков-«регионалов».

Представляется сомнительной и тиражируемая некоторыми СМИ версия, что, мол, происходившее в парламенте 24 мая было неким спектаклем, совместно разыгранным властью и оппозицией.

Дрались «мужики» явно «искренне», но главное не в этом — нет взаимного интереса в таком представлении. Безусловно, в результате инцидента каждая из сторон получила дополнительные очки у своего электората, но ведь смысл всех предвыборных действий в обеспечении общей победы на выборах, завоевании большинства.

«2000» неоднократно говорили об электоральном расколе Украины, о том, что на всех выборах последнего времени (начиная с 2004 г.) голоса избирателей примерно поровну распределяются между условными «западными» и «восточными». В таких условиях конечный исход выборов определяют несколько процентов неустойчивых, склонных к смене политических предпочтений избирателей. Вот за них и идет основная борьба, причем, что также характерно, до настоящего времени во всех случаях «восточные» получали на 3—4% больше (другое дело, что не всегда это преимущество оборачивалось победой на выборах).

Соответственно на нынешних выборах задача власти это преимущество сохранить, а оппозиции — естественно, наоборот, переломить эту тенденцию, привлечь на свою сторону избирателей ПР, наиболее разочаровавшихся в итогах ее пребывания у власти или по крайней мере решивших «проголосовать ногами», что также, безусловно, на руку оппозиции. Сделать это последней будет непросто, ведь вышеназванный перевес «восточные» (ПР) получали несмотря на традиционно блеклые и слабые (по сравнению с нынешней оппозицией) избирательные кампании и полное доминирование «оранжевых» в медиапространстве.

Т.е., во-первых, «резерв» колеблющихся для оппозиции невелик, во-вторых — для подавляющего большинства традиционных избирателей ПР гуманитарные проблемы куда сильнее влияют на выбор, чем экономические, и убедить их голосовать за «оранжевых» крайне сложно. А с другой стороны — невыполнение нынешней властью своих гуманитарных, внешнеполитических обещаний раздражает избирателей ПР куда больше, чем «традиционные» при любой власти экономические негаразды.

Поэтому оппозицию больше всего устраивало бы, если бы языково-гуманитарные вопросы оказались на глубокой периферии нынешней избирательной кампании, но «регионалы», настояв на рассмотрении давно поданного законопроекта, сумели повернуть ситуацию в свою пользу.

Не принять вызов, ограничиться «парламентскими» контрдемаршами оппозиция никак не могла. Помимо прочего, к самому жесткому противодействию подталкивали и внутренние проблемы «объединенной оппозиции»: «слабостью» парламентских фракций не преминул бы воспользоваться Олег Тягнибок.

О коммунистах, которые опять в выигрыше

Но «битва у президиума» ни в коем случае не добавила оппозиции в целом «симпатиков». «Твердые» противники русского языка в любом случае поддержат одну из оппозиционных партий. А вот для не особо «сознательных» граждан, русскоязычных, которых недовольство экономической ситуацией могло бы привести в «оранжевый» стан, произошедшее стало серьезным «звонком». Так же, как и для тех недавних избирателей ПР, которые подумывали в этот раз остаться дома. «Видите, что будет, если они вернутся к власти» — такой неотразимый довод появился у агитаторов Партии регионов. Да и наконец-то проявленная настойчивость «регионалов» в продвижении языкового законопроекта добавляет им электоральных очков.

Но этот успех «регионалов» далеко не окончательный, ведь «битва» не закончена. Есть немало признаков того, что и внутри власти немало сторонников «умиротворения», снятия языкового вопроса с повестки дня. Если они возобладают и законопроект Кивалова—Колесниченко не будет поставлен на голосование, то электоральные последствия станут для ПР настоящей катастрофой.

Немногим лучше будет и в том случае, если данный законопроект не наберет нужного числа голосов — слишком велико недоверие к «регионалам» у их собственных избирателей, чтобы они не увидели в таком развитии событий нечистоплотную игру.

Поэтому принятие многострадального закона для «регионалов» — вопрос вопросов, возможно, самый главный в данной избирательной кампании.

Однозначно, в выигрыше от оказавшегося в фокусе внимания языкового вопроса коммунисты, ведь их позиция наиболее последовательна и именно к ним будут теперь отходить голоса разочаровавшихся в ПР избирателей (и чем слабее и непоследовательнее будет позиция партии власти, тем таких избирателей будет больше).

Коммунисты уже использовали скандал в ВР для того, чтобы не только осудить националистов, но и показать всю непоследовательность языковой политики «регионалов». Такая твердая позиция (вместе с озвученной Петром Симоненко идеей референдума по приданию русскому языку статуса государственного) может привлечь на их сторону и разочаровавшихся в ПР избирателей юго-востока.

Но и КПУ, чтобы максимально использовать ситуацию, следует внести коррективы в пропагандистскую работу: несколько сместить акценты с социальных на гуманитарные вопросы (особенно в восточных регионах), чтобы привлечь голоса тех, кто к коммунистической идеологии относится прохладно.

О «регионалах», у которых нет иного выбора

«Регионалам» же стоит действительно приложить все усилия для обеспечения результативного голосования в Раде. Если же оно не даст искомого результата (чего нельзя исключать, позиции власти в парламенте явно пошатнулись и гарантированного принятия действительно нужных законопроектов уже нет), не бояться инициировать референдум по статусу русского языка, совместив его с парламентскими выборами.

И хотя итоги референдума должны будут утверждаться ВР и этот процесс может пойти совсем не так, как это представляет себе руководство ПР, тем не менее языковая тема неизбежно станет главным лейтмотивом избирательной кампании, что на руку «регионалам».

Для оппозиции в целом, повторюсь, такое смещение акцентов невыгодно, поскольку снижает шансы на получение суммарного большинства. Но есть важные нюансы для составляющих ее политических сил: в явном выигрыше будет ВО «Свобода», в определенной мере — объединенный список «Батьківщини» и «Фронта змін», поскольку они давно и однозначно позиционируют себя как национал-патриоты. А вот для «новой оппозиции», партии «Удар» Виталия Кличко и «Украины-вперед» Наталии Королевской, претендующих на роль «третьей силы», «объединителей страны» на базе первоочередного внимания к экономическим проблемам, это создает проблемы (к слову, именно эти партии наиболее опасны для «регионалов» в плане перетока к ним избирателей).

Теперь им придется конкретизировать и акцентировать свою позицию, а если дело дойдет до референдума, то и дать своим сторонникам конкретные рекомендации по голосованию, что чревато электоральной потерей. Впрочем, свою позицию они особо не скрывают (вопрос лишь в степени «акцентированности») и вряд ли ее изменят, а значит — и это будет на руку «регионалам».

О досрочных выборах, которые оппозиции явно ни к чему

Между тем весь предвыборный «расклад» может кардинально измениться, если будет реализовано предложение Владимира Литвина о проведении досрочных выборов уже 25 августа. Вероятность возникновения условий для этого исключать нельзя, поскольку такой вариант, который осудили «регионалы», выгоден как раз для них.

Ведь оппозиция наверняка будет по-прежнему препятствовать рассмотрению языкового законопроекта. И поэтому, во-первых, роспуск Рады из-за «клинча» по языковой проблеме неизбежно сделает ее главной темой избирательной кампании, что в интересах «регионалов».

Во-вторых, не секрет, что ПР опирается на более пожилой и консервативный электорат, а молодые и «креативные» 25 августа (если выборы будут в этот день, а не позже, ведь окончательное решение — прерогатива президента) еще будут в отпусках, особенно это касается студенчества. Добавьте к этому и тот факт, что конец лета — пик «заробитчанского» сезона. А возможно, самое важное — отсутствие студентов и прочих наиболее активных сторонников оппозиции может иметь решающее значение в «событиях», без которых вряд ли обойдется подведение итогов выборов (особенно если результаты выборов оппозицию не удовлетворят).

В-третьих, в случае роспуска Рады оппозиция лишится парламентской трибуны, которую можно использовать и для агитации, и для внесения «предвыборных» законопроектов, да и в целом — летом всегда снижается политическая активность, трудней организовать массовые акции, которые неизменно служат предвыборным инструментом оппозиции, способом накалить ситуацию в стране, генерировать протестные настроения.

Наконец, у оппозиции еще не решены деликатные «оргвопросы» по распределению мажоритарных округов и мест в общем списке, и цейтнот может привести к разным неприятным для оппозиции неожиданностям. Перенос сроков выборов может сорвать сверстанный план кампании, что особенно может быть чувствительно для «новых» партий, которым еще нужно время, чтобы заявить о себе. Вряд ли в восторге от такой перспективы Арсений Яценюк: он хотел бы иметь больше времени для пребывания в роли «врио» лидера оппозиции.

Однако есть и другая сторона медали. Сокращение сроков фактически уже идущей полным ходом кампании на руку тем, у кого небезграничны финансовые ресурсы (а это явно не власть). А возможно, самое главное — в скорейшем проведении выборов (с верой в победу), по понятным причинам, наиболее заинтересовано самое главное лицо в оппозиции. И этот фактор может оказаться решающим. Характерно, что из оппозиционеров именно Николай Томенко наиболее однозначно высказался в поддержку предложения Владимира Литвина.

Конечно, все возможные мотивы каждой из сторон просчитать невозможно. Поэтому мы не беремся предсказать, кто на что поставит в этой игре. О многом можно будет судить по тому, насколько жестко оппозиционеры станут препятствовать рассмотрению законопроекта Колесниченко—Кивалова и насколько решительно «регионалы» будут это сопротивление преодолевать.

О первом «сольнике» Виталия Кличко

Как раз на минувшей неделе Виталий Кличко впервые выступил в качестве «сольного» гостя «Большой политики» на «Интере», т. е. получил возможность полномасштабно презентовать себя как политика и свою программу на всю страну. Как нам представляется, с точки зрения воздействия на массового избирателя (а в этом главный смысл выступления любого политика), «дебют» Виталия Владимировича следует признать удачным.

Несмотря на некоторые ораторские огрехи, он в целом уверенно выступал, не дал поймать себя врасплох и успешно выдержал экзамен по английскому (что в глазах избирателя — большой интеллектуальный плюс политику, претендующему на «первые роли) и даже украинскому языкам. Т. е. негативный имидж «горы мускулов» без интеллектуальной составляющей удалось в значительной мере нивелировать, в то же время сохранив образ «сильной личности».

Пожалуй, единственным не самым удачным стал ответ на вопрос: «В чем отличие вашей политической силы от прочих, давно пребывающих на политической арене?» Ответ заключался в том, что «они были у власти, а мы нет». Такое различие вряд ли удовлетворит рядового избирателя, пребывающего в убеждении, что «те хоть нажрались, а эти еще нет». И ссылки Владимира Кличко на собственную финансовую состоятельность также не столь убедительны, ведь и нынешние (и прошлые) правители пришли во власть не прямиком из «рабоче-крестьян».

Позиционировал себя Виталий Владимирович эдаким «западником без фанатизма», желающим построить на Украине жизнь «как в Европе». Но более вдумчивым зрителям бросились в глаза его уклончивые ответы на вопрос об отношении к членству Украины в НАТО, отсутствие упоминаний о евроинтеграции и достаточно заметное дистанцирование от Тимошенко. Т. е. Кличко все-таки рассчитывает на голоса восточных избирателей. Но при этом он категорически заявил, что ни при каких обстоятельствах не будет блокироваться в новом парламенте с Партией регионов.

И тогда очевиден вопрос: а с кем же тогда будет блокироваться «Удар» (ведь и сам Кличко даже на словах пока не «замахивается» на парламентское большинство)? Ответ на него также очевиден, но не совсем удобен для Кличко. А вот «регионалам» стоит сделать на нем акцент, резонно объясняя избирателям, что голосование за «Удар» и прочие «третьи» партии по сути является голосованием за Тимошенко, которая, возглавив коалицию, наверняка быстро подавит в ней всякий «плюрализм».

То же можно сказать и о позиции Кличко по языковой проблеме — с его, мягко говоря, прямолинейной логикой: «в Германии не говорят по французски, в Испании говорят по-испански». Вообще-то в Испании едва ли не половина населения живет на официально двуязычных территориях (Каталония, Балеарские острова, Страна Басков). Но в аудитории у Киселева не было кому поправить политика, и, возможно, эта логика на уровне нетребовательных избирателей вполне сработает.

Заметно и то, что когда лидер «Удара» говорил о политике, не чувствовалось энергии, драйва, создавалось впечатление, что он произносит хорошо выученные, но не прочувствованные лично, а лишь вложенные ему в уста спичрайтерами слова. У меня было ощущение, что я слушаю Черненко или Суслова, с другой фразеологией, но в принципе в том же стиле.

Но самое примечательное высказывание Кличко сделал не в рамках этой программы, а в ходе поездки в Кировоградскую область. Он высказался за куплю-продажу земли сельскохозяйственного назначения. Естественно, с правом собственности на нее только для украинских граждан. Но кто же будет говорить во время выборов о продаже земли иностранцам! Вообще эту сложную тему власть старается не озвучивать — после того как в январе отказалась от намерений принимать закон о рынке земли до выборов. Молчит об этом и оппозиция, которая год назад даже собиралась организовать референдум по вопросу отношения к торговле землей.

Чутье, правда, подсказывало, что Кличко не может сказать что-либо принципиально отличающееся от взглядов объединенной оппозиции. Так оно и есть. В ее программе по этому вопросу написано то же самое, что говорил Кличко сейчас, и противоположное тому, о чем говорила «Батькивщина» год назад. Но одно дело тихо записать в программе и молчать, как поступает объединенная оппозиция, а другое — заявить и на сайте растиражировать. Не рискованно ли?

Крестьяне у нас настороженно к торговле землей относятся, а к Кличко хорошо. В проведенном в мае группой «Рейтинг» опросе «выдающиеся украинцы всех времен» он занял 5-е место, уступив лишь Тарасу Шевченко, Лесе Украинке, Богдану Хмельницкому и Ивану Франко. Причем, как отмечают социологи, Кличко поддерживают больше в селах, чем в городах.

(Следует заметить, что зигзаг оппозиции в отношении к торговле землей на фоне известной позиции «регионалов» по этому же вопросу — хорошая возможность для КПУ еще раз продемонстрировать свою принципиальность.)

Бросилось в глаза и явное отсутствие у лидера «Удара» конкретных рецептов изменения ситуации в стране. Все сводилось к обещаниям улучшать хорошее и искоренять негативное волевыми усилиями «сильной личности» и ссылки в этом плане на опыт Грузии.

О грузинском опыте

С грузинским опытом связано одно из немногих конкретных предложений, прозвучавших из уст Виталия Кличко: полностью «обновить» личный состав правоохранительных органов, прежде всего — ГАИ. Аналогичную идею высказал и Арсений Яценюк при обсуждении проекта программы деятельности объединенной оппозиции, сообщает УНИАН. Трудно сказать, для какого количества избирателей такой пункт станет решающим в пользу оппозиции, но вот для сотен тысяч сотрудников органов и членов их семей он наверняка перевесит все их прежние весьма вероятные симпатии к оппозиционерам.

И поскольку «слово» уже произнесено (даже если в окончательный вариант программы оппозиционных партий оно не попадет), власть получила отличный шанс использовать его для разъяснительной работы среди сотрудников соответствующих структур, выиграв не один десяток тысяч голосов для себя, особенно в тех регионах, где популярность власти во всех прослойках общества невелика. «Просчет» оппозиционеров и в том, что от позиции стражей порядка (включая рядовых) очень многое может зависеть после выборов. На уровне же публичной дискуссии нелишне напомнить, что «оранжевая» власть уже распускала ГАИ и ни к чему, кроме мгновенного двухкратного роста аварийности на дорогах (включая ДТП со смертельным исходом), не привела. Хороший, кстати, пример того, к чему могут привести «шашкомахательные» решения.

Судя по всему, ссылаться на грузинский пример как в целом, так и в самых разных частностях «демократические» оппозиционеры будут постоянно. Но что характерно: к нему очень любит обращаться Сергей Тигипко, который явно становится главным «фронтменом» Партии регионов. Да и не он один. Однако любая пропаганда грузинских «успехов» будет играть на руку оппозиции, поскольку, во-первых, идеологически грузинское руководство ассоциируется с оппозицией, а не с ПР. А во-вторых — возникает естественный вопрос: что мешало власти за два с половиной года «сделать так, как в Грузии»?

«2000» неоднократно показывали изнанку «грузинского чуда» (См, в частности, «Экономическое чудо или «передовой колхоз»? // «2000», №31(519), 6—12.08.2010). Думаю, исходя их вышесказанного, властным политтехнологам как раз стоит инициировать обнародование в СМИ (включая телевидение) серии материалов, ненавязчиво показывающих «неглянцевые» и сугубо экономические реалии нынешней грузинской жизни (тридцатипроцентная безработица в городах и крайне низкий уровень доходов крестьян-фермеров, реальный уровень грузинских пенсий и зарплат в разных отраслях, а не только у чиновников и полиции, и т. п.). Делать это нужно уже сейчас, ведь ближе к выборам грузинская тема будет подниматься все чаще.

Обратимся еще раз к выступлению Виталия Кличко в программе Евгения Киселева. Журналисты не демонстрировали лидеру «Удара» особых симпатий. Тем не менее он, расхваливая грузинские реформы, смог спокойно сказать, что в результате их в Грузии ВВП стал вдвое больше, чем в Украине. Автор этих строк сразу в это не поверил.

Конечно, нелегко предположить, чтобы журналисты (хотя по идее на «Большую политику» собирают журналистскую элиту) знали цифры, касающиеся экономического положения близких к Украине государств. Но все-таки хотя бы по Грузии цифры, видимо, стоит знать: некоторые участники нашей предвыборной гонки настолько нахваливают эту страну, что невольно ждешь — вот-вот они будут рассказывать о громкой победе грузинского оружия в августе 2008-го.

А найти последние собранные МВФ данные о ВВП каждой страны совсем несложно. Достаточно открыть соответствующую страницу англоязычной Википедии: по ВВП на душу населения (с учетом покупательной способности) Грузия отстает от Украины на 25%.

То, что наши политики не знают реалий сегодняшнего мира, не оправдание для них, когда они, как Кличко, пусть и непреднамеренно вводят наших граждан в заблуждение. Еще хуже, если они ради борьбы за электорат делают это сознательно, цинично играя на неосведомленности и доверии аудитории.

О Яценюке, который гречку заменил на дипломы

Такую линию борьбы за будущие голоса избрал Арсений Яценюк. Вместо пресловутой гречки или водки он предлагает днепропетровским студентам помощь в получении дипломов Гарварда и других ведущих американских вузов. В информации сайта «Фронта перемен» о молодежном форуме в Днепропетровске говорится: «Топові світові навчальні заклади передбачають безкоштовне отримання знань через Інтернет для всіх студентів світу. Гарвард, Прінстон, Стенфорд і Єль — університети «Ліги плюща» — почали в минулому році нову програму дистанційного навчання. Ви можете увімкнути інтернет і слухати лекції з першої десятки світових вищих навчальних закладів», — підкреслив лідер «Фронту змін».

Він наголосив, що в Україні сьогодні немає коштів, для того, аби відправити українських студентів на навчання до США чи запросити з-за кордону фахівців із найкращих університетів. Тож, підкреслив він, необхідно забезпечити українським студентам можливість дистанційного навчання.

Програма Об'єднаної опозиції передбачає насамперед адаптацію такої програми для України. «Щоб студенти, які хочуть навчатись дистанційно, мали змогу слухати лекції не тільки англійською, а й українською мовою, і щоб дипломи, які видаються за цими програмами, визнавалися в Україні», — наголосив лідер «Фронту змін».

На самом деле в программе объединенной оппозиции, обнародованной на сайтах и «Батькивщины», и «Фронта перемен», об этом речь не идет. Но обвинять Яценюка в обмане не станем. Ведь оппозиция постоянно говорит, что программа будет дорабатываться.

Самое главное в другом. Да, прослушивание лекций по таким дистанционным программам бесплатно. Однако если же человек хочет получить сертификат о прослушивании курса, это надо будет оплатить. И получить можно сертификат о прослушивании конкретного курса, а не диплом об окончании вуза вообще, как убеждает студентов Арсений Петрович (американцы свои дипломы девальвировать не намерены). И ясно, что сертификат о заочном прослушивании конкретного курса — это неплохо, но диплом, который был бы признан в Украине, он заменить никак не сможет.

Кстати, любой заинтересованный и владеющий английским языком студент легко может узнать все нюансы дистанционного обучения в Америке без помощи как оппозиции, так и власти. Т. е. если будут действовать согласно известному выражению товарища Ленина («Попятное направление в русской социал-демократии»): «настоящие герои, которые — несмотря на безобразную обстановку своей жизни… — находят в себе столько характера и силы воли, чтобы учиться, учиться и учиться» верить не всему, что слышат. В том числе и из уст лидера «Фронта змін», еще только разминающегося на фальстарте избирательной кампании.